Что ты знаешь о ситхах, Оби-Ван? Старый вопрос из далекого детства снова очень громко прозвучал в голове у Кеноби. Он словно бы вернулся в те времена, когда был еще юнлингом, когда страшилки о ситхах и порождениях Тьмы бродили вечерами среди юнлингов, заставляя пугаться маленьких из них и храбриться старших. Рассказы о древних ситхских чудовищах, обрастающие все новыми и новыми подробностями, часто бродили среди молодежи, порождая кучу слухов. Иногда мастера-джедаи собирали их в круг и долго убеждали, что страшиться нечего. В словах старших джеанев любые рассказы о ситхах становились детской страшилкой, словно бы их и не было в этом мире, словно бы слова джедаев стерли их из бытья, так и оставив сказками, рассказанными на ночь. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Герои недели # 47 // лучший эпизод

Информация о пользователе

Мы тебя заждались, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.

Ты знаешь, что на небе есть такие звезды, свет от которых идет к нам два с половиной миллиона лет, когда он начал свой путь, тут шастали динозавры. Вселенная настолько велика, что всё, что может произойти, происходит постоянно.

crossreality

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossreality » Оконченные истории » Не все то виски, что налито


Не все то виски, что налито

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://s3.uploads.ru/SoRdZ.png


Не все то висик, что налито
Джим Крик, Леонард МакКой
Второй семестр, Академия, общежитие студентов

«Многие открытия состоялись только из-за ошибок экспериментаторов.»


◈◈◈ Сюжет: ◈◈◈
Если на столе стоит стакан это совершенно не значит, что из него нужно пить.

+2

2

Утро с бодуна всегда тяжелое. И как жаль что рядом нет ворчливой сестры милосердия, что подала бы стакан воды, да хоть из под крана или из той вазы с цветами. Самому вставать и наливать себе просто нет сил. Вчерашняя дочь была настолько бурной, что даже тяжеловато вспоминать. Но от обилия зеленого перед глазами до сих пор прыгало, прекрасные орионки, с незабываемыми формами. Сколько их было? Трое? Четверо? Джим запутался в количестве конечностей, а их звонкие голоса до сих пор отдаются в его голове, что прямо сейчас не особо приятно. Он даже не помнит того, как обратно в их с Боунсом комнату приперся. Сам пришел или донесли? И боже все таки сколько он выпил, что его все равно на всех хватило? Ну судя по общим ощущениям не мало. И прямо сейчас природа брала свое.

Тяжело, очень тяжело вздохнув, Кирк кое-как соскреб с себя с постели, спустил ноги на холодный пол и резко встал, что бы потом снова осесть, колени немного дрожали от чего стоять прямо было затруднительно. Но Кирк не из тех кто спасует перед трудностями! Никто и ни что сейчас не встанет между ним и ванной комнатой. Потянувшись к стулу, Джим перекинул на него свою тушку, и оттолкнувшись от кровати ногами покатился в сторону ванной. Довольный своей находчивостью, он забыл что там есть порожек, об который стул зацепился, и Кирк очень громко бухнулся с него на не дружелюбный, жесткий и твердый пол. Но такой прохладный...

Оперевшись руками о стену, Кирк поднялся на ноги и едва не отскочил в сторону увидев свое отражение с зеркале, пора бы уже привыкнуть к такой помятой роже, после всех пьянок. Но сегодня от чего-то вид был особенно ужасен. Так что это сподвигло его как можно быстрее делать свои дела и начать отмокать в душе.
Кирк простоял под потоками воды, наверное минут тридцать, прежде чем наконец-то не соизволил выползти. Теперь, он чувствовал себя намного лучше, и даже колени перестали дрожать. Одевшись в халат, Джим сел на тот же стул и снова оттолкнулся укатывась к шкафчикам, что бы переодеться в эту красную форму кадетов. - Черт...сушняк только мучает.. - оглядевшись, Кирк пригляделся к симпотичненькому стакану, что стоял на столе Маккоя. Вряд ли Боунс от друга стакан виски, или что там такое зажлобит.

Так что с крайне довольным видом, Кирк подкатился к столу, и принюхавшись к жидкости, что кстати довольно вкусно пахла, залпом осушил ее. С громким стуком поставив стакан на место, Джим встал на ноги, потянулся от души и направился на выход. Пора было идти на занятия, и как хорошо что ему сегодня не к первой паре было. Вот только он не знал, какие его могут ожидать последствия.

Первые признаки того, что с ним что-то не так, он почувствовал на паре, от чего-то шея сзади, прямо где второй позвонок, начала ныть, будто бы он всю ночь проспал в неудобной позе. Попытавшись размять ее, Кирк забил на это, Боунс вылечит. Но вскоре шея снова дала о себе знать, она чесалась и не только то место, а еще два рядом и за ушами. - Неужели я подцепил какой-то орионский ЗППП что проявляются так? - Стало как то не по себе.

Быстро отпросившись у туалет, Джеймс со всех ног помчался туда, забежав внутрь он отошел в самый дальний угол, и принялся вертеться пытаясь увидеть что там, и оно не долго заставило себя ждать из под кожи наружу, начали лезть странные наросты, сначала вышли лишь кончики с зазубринами, и через каждые пару секунд, они росли и становились длиннее
- О мой бог... - это все, что он смог выдать.
Натянув воротник формы по выше, Кирк выбежал из туалета, и помчался к медицинскому корпусу, но увы ему не было суждено до туда добраться. Он бежал так быстро, что потерял всякую внимательность и со всей дури врезался в какого-то кадета, в этот момент отростки вытянулись в длину почти полтора метра, и тогда же на Джима словно наковальню уронили, по мозгам резко ударили чужие эмоции, мысли, воспоминания, они крутились в голове и вспыхивали яркими вспышками каждый раз отзываясь резкой болью. Отскочив от кадета как ошпаренный, Кирк развернулся и побежал обратно, до Маккоя ему точно не добраться, а голосок внутри пищал что надо обратно в комнату, под одеялко в безопасность. Но пути его зажала толпа, и Джим едва не потерял сознание. В общежитие он добрался почти ползком. Забравшись на кровать, он залез под одеяло с головой. Окружающий мир стал слишком....даже слов не хватает как его описать, и это его слишком почти травмировало нежную психику Джима. Есть вещи которые определенно не хочешь знать...о своих преподавателях особенно.

+2

3

- Черт побери, Джим!
МакКой не испытывал даже раздражения, скорее лишь обреченную усталость. Не было и удивления. Чему удивляться-то, первый день что ли знакомы? И далеко не последний, надо полагать. Не было и злости, ярости, чего угодно. Только тупое, глухое недовольство и глупый, никому не нужный вопрос самому себе: "Почему всегда я?"
Впрочем, было еще обидно. Потому что, ну правда, какого черта косячит Джим, а разбирается с последствиями МакКой? Ему заняться что ли нечем, кроме как подбирать хвосты за Кирком и заметать следы свершенных преступлений? В этот раз пока что, стоило надеяться, никто не умер. Только пострадал.
Впрочем, пострадал сильнее всего сам Джеймс-идиот-Кирк.

О том, что его встретит по возвращении в собственную комнату МакКой и не думал. Помимо их обычного бардака, вяло накатывающего волнами после уборки и обходов, можно было ожидать совершенно чего угодно. С Кирком довольно быстро привыкаешь быть готовым ко всем и всегда оставаться на чеку. Это порядком раздражает - расслабиться получается, как ни удивительно, только на сменах в Госпитале, где привычная рутина захватывает мозг, тело и все мысли. Действия отлажены до автоматизма, для постановки диагноза часто не требуется даже размышлять, все и так на лицо и прочие части несчастного пострадавшего тела, руки делают все сами в обход вообще каких-то мыслей. На работе МакКой отдыхает. Эта мысль его тоже напрягает, но уж лучше так, когда хоть где-то можно расслабиться, чем вообще никак. Если он все три года переподготовки проведет в постоянном напряжении, это его убьет.
Так что о Кирке МакКой не знал и вообще не думал. Да даже если бы предвидел, что он мог сделать, если с раннего утра у него пара ксенопсихологии (куда он пришел тогда, когда тот самый упомянутый еще валялся в своем алкогольном забытье), после тренировка по полетам и пара часов в Госпитале при Академии? Бросать все дела и лететь спасать жопу Кирка из очередной наверняка неприятности он бы все равно не стал. Так что МакКой совершенно спокойно проспал всю психологию. Затем не так спокойно пережил приступ аэрофобии, о которой знали все, включая инструктора, но нормативы были вынужденны сдавать так же все курсанты. МакКой ненавидел в этот момент весь мир, потом себя, потом инструктора, а потом того идиота, кто сделал симуляторы такими достоверными.
На укороченную смену он приполз выжатым нервно и физически. Хотелось есть и блевать одновременно. Но кофе и стимулятор организм принял благосклонно. Удовлетворившись этим, МакКой приступил к работе в уже не столь отвратном настроении. Так же градус веселья, густо замешанного на раздражении и ярости, добавляли сами пациенты, сегодня имеющие поразительно идиотские диагнозы и показания. И причины для всего этого. Неудачные падения окажутся детским лепетом по сравнению с укусами внеземных растений, самострелом и неудачными транспортациями. МакКой заочно ненавидел этот золотой луч, которым так гордились инженеры Земли.

А в комнате его не встретил ни Армагеддон, ни всадники Апокалипсиса, ни даже комендант, требующий непонятно чего. Все было тихо, а виновник всех последующих беспокойств лежал под одеялом на своей собственной, что тоже в некоем роде поразительно, ведь Джим не делал различий между своими и чужими вещами, кроватями тем более. В общем, поведение его было неоднозначным и даже странным, но это было по меркам обычных людей, а не Джима Кирка, так что МакКой может и не обратил на происходящее никакого внимания, поблагодарив Бога, Ктулху и Кришну за то, что те подарили ему спокойный вечер, если бы не щупальца. Знаете, обычные такие, довольно тонкие, телесного цвета, с зазубринами на концах.
Их было три.
Матерных слов в лексиконе доктора - больше. Но он лишь открывал и закрывал рот, пока эти щупальца все продолжали и продолжали появляться из-под одеяла. Одеяла Джима.
И тут прозвучала та самая, ставшая привычно и каноничной, фраза.

- Что ты натворил, идиот недобитый? - поборов минутный ступор, МакКой дернулся в сторону к кровати Кирка, не обращая внимания на нежданные дополнения в их комнате и сдергивая одеяло. В том, что виноват был его обозначенный сосед сомневаться не приходилось. В их комнате и в жизни МакКой если что и происходило, то только с подачи этого неугомонного идиота.
Впрочем, выглядел тот не важно. Мокрый, трясущийся, бледный и с щупальцами.
Тремя длинными, растущими из шеи щупальцами.
"Что?"
- Что?!
С лицом, полностью отражающим поглотившее его удивление, МакКой так и застыл, держа одеяло в руках. В голове билась одна единственная мысль: "Скоро обход и это не должны видеть".
Впрочем, нет, две. "Как, блядь, это вернуть взад?"

+1

4

В голове звенело еще хуже чем после самой жуткой попойки. Будто бы сотни маленьких человечков рассредоточились во всей его черепной коробке, и своими крошечными молотками были по ее стенкам, наверняка пытаясь высечь что-то вроде "идиот". Голову разрывало от слишком большого количества информации, что так резко поступило в его мозг. Чужие эмоции все еще бурлили в нем, заставляя то хныкать, то ржать, то рычать от злости, то снова впадать в истерический хохот. Хотя последнее может быть принадлежало ему, сейчас ему было трудно в этом разобраться. Еще он успел заметить, что стал лучше видеть, лучше слышать, кажется что его обзор стал на все 360 градусов, будто бы у этих щупалец были глаза, но нет, они были настолько чувствительными, что его передергивало каждый раз когда они натыкались на что.

- Окружающий мир ужасен, окружающий мир ужасен.. - обняв подушку придушенно хрипел Джим зажмурившись. Вот что ему теперь делать? А если это навсегда? Нет, он не считает человеческую расу превосходящей и спокойно относится к расам имеющим подобные конечности. Но эти щупальца с ним просто несовместимы, как ему привыкнуть к этому? Это отбросит его на годы назад! Он не сможет подняться по службе, пока не научится с этим справляться! - Это ведь лечится? Наверное лечится...должно лечится!! - мысли о том, что это орионский ЗППП быстро откинулись, ну не может быть что бы их заболевания давали такие результаты. Ведь другие он слышал тоже заражались и ничего.

- Тот стакан и жидкость в нем... - от озарения, щупальца вытянулись, - Чееерт!! - и снова сжались. Нужно было найти Боунса, но теперь пространство безопасности Джима было ограничено его кроватью. Он не хотел открывать глаза, не том что бы слезать с нее и выходить из комнаты.

Внезапно дверь распахнулось, что заставило Кирка подскочить на кровати, и плотнее закутаться в одеяле, это был Леонард трикоддером его Маккой. Джим только было открыл рот, что высказать все возмущения, но резко закрывшаяся дверь с его вшух-вшух, ударили по ушами. А тем временем, одеяльце было безжалостно сорвано.

- Нет! Отдай мое одеяло Маккой!! - Джим зажмурился от того бьющего света в глаза, странно, он никогда не казался раньше таким ярким, но теперь хотелось выключить свет и закрыть все окна. - Что со мной Боунс? Я выпил из стакана стоящего на твоем столе, и....вот что вышло! Ты посмотри на меня! Ты представляешь какой кошмар я пережил, пока добирался сюда?! - щупальца возмущенно вытянуть, а кончики завибрировали, издавая такой очень странный звук, будто бы в комнату забрались три гремучки. - Знаешь что чувствует кузнечик? Нет? А я знаю! ХРЕНОВО БЫТЬ КУЗНЕЧИКОМ ВОТ, ЧТО Я ЗНАЮ! - это был такой неописуемый кошмар, его едва не вырвало в тот момент. - А препод физической подготовки? Тот здоровенный мужик, он носит женское белье! Лифчики, и это ничего, но он носит их не правильно! Кто в современном мире не знает как носить лифоны а? Даже я будучи в пьяном угаре, одел бы правильно! - Информации слишком много, и он просто обязан выпустить ее наружу, поделится с Боунсом, пусть и на него ляжет тяжесть чужой тайны. Ну или это была кратковременная истерика.

- А теперь отдай мне мое чертово одеяло! - два щупальца резко вытянулись выхватили у доктора одеялко, и снова накинули на его законное место. Усевшись по удобнее, и крепко обняв подушку, Кирк недовольно уставился на Леонарда, теперь когда первые минуты ужаса прошли, его немного отпустило. - Ты мог бы на стакане хотя бы записочку оставить, что это нельзя пить. Или в пробирку бы перелил. Но оно было в стакане, на столе! - Да-да, своей вины Джим тут вообще не собирался видеть, ведь это он пострадавшая сторона, Дагон недоделанный.

Отредактировано James T. Kirk (2019-01-09 02:29:42)

+2

5

Слишком много информации.
Наверно, все же всего того, что на него вывалил Джим МакКой знать не хотел. Совершенно точно нет. Особенно про преподавателя, ему с ним еще два с лишним года под крышами одной Академии находиться и ходить периодически на занятия. Это было ужасно. Он застонал и растер лицо руками, пытаясь как-то убрать картинку, которую тут же нарисовало воображение. Выколите мне глаза, это ужасно.
Тому, что пережил Джим можно было, конечно, посочувствовать, если бы только МакКой умел это делать в должной мере и не был в таком ужасе, густо замешанном на шоке. Не каждый день узнаешь такие подробности, не каждый день в твоей комнате твой же сосед выпивает результаты твоих экспериментов, не каждый день он так сильно мутирует.
Стоп, выпил из стакана?!
- Моя курсовая! – это был крик полного отчаянья.
МакКой был готов расплакаться от обиды. Шок, ужас, сочувствие и сопереживание? Да какое там, если перед ним на столе стоял совершенно пустой стакан, где не осталось ни грамма, ни миллилитра, ни самой маленькой капелюшечки синтезированного накануне вещества.
Все ушло на задний план и даже то, что щупальца Джима были поразительно ловкими, сильными и тот удивительно умело ими пользовался как для шокированного и только их получившего обладателя, все это не имело никакого значения.
- Ты его что, вылизал изнутри?! – МакКой потряс пустым стаканом перед лицом царски восседающего на кровати Кирка. Тот уже не выглядел жалко, сочувствия не вызывал и вообще пытался как обычно скинуть свои косяки на кого-то другого. – Ты хоть представляешь, что там было? Представляешь?!
Впрочем, МакКой не надеялся на хоть какой-то ответ, потому лишь со стоном махнул рукой и опустился на свою собственную кровать, откидываясь на стенку и прикрывая свободной ладонью глаза.
- И поделом тебе, идиота кусок, - злорадно сказал он из-под ладони, - Я тебе с начала года сотни раз повторял: не трогай мои вещи.
Сейчас перед ним была сложная этическая задача: оставить Джима как есть, пусть с ним в Госпитале разбираются, но тогда получит и МакКой за эксперименты вне лаборатории, или все же попытаться самому справиться с эффектом, но помучиться с этим и скорее всего Джим тогда свой урок не особо то и усвоит.
Самостоятельно ее решать не особо хотелось. На трезвую голову – тоже. Но пить сейчас – не лучшая идея, в конце концов, им еще завтра на занятия. МакКой покопался в тумбочке у кровати и вытащил сигареты, закуривая, благо, датчик пожарной сигнализации был выкручен еще в самом начале их проживания.
МакКой в упор взглянул на Джима, крутя стакан и прикидывая, что и как с этим идиотом делать. От злости не осталось и следа, в груди поселились удовлетворение и отчаянье. А еще чисто научный интерес. Это ж так интересно: на что и как так среагировал организм у Кирка, что выдал подобные результаты? Может его курсовая и не пропала, просто перешла в стадию апробации. МакКой прищурился и недобро улыбнулся. Кажется, Джима он будет лечить сам.
- Нам нужно в лабораторию, хотя конечно идеально в Госпиталь. - и, зажав сигарету губами, потянулся за стащенным ручным трикодером.

+1

6

- Судя по тому, что со мной стало, твоя курсовая не особо то и удалась. - как бы извиняясь, типа виновато произнес Кирк, при этом не удержав смешка, что бы больше похож на какой-то странный стрекот, который заставил его дернуться на месте. - Что это был за звук?! - Джим невольно начал оглядываться, а щупальца медленно извиваться в воздухе, будто бы искали что-то. - Я же не продолжаю мутировать? - хотелось верить, что изменения остановятся на щупальцах, но то как они выглядели в начале, было лишь что...зародышевой формой? Еще пять минут назад они были тонкими, телесного цвета, а сейчас их поверхность казалась более прочной словно они покрывались эластичной и плотной чешуей, они стали толще и длиннее еще на пол метра, зазубрины стали еще более отчетливо видны, и их кончик был внушительно острым.

- Не-е-ет, я выпил его залпом. И оно мне показалось таким вкусным, как будто бы сок. - Теперь когда он поделился накипевшим, на Джима напала какая-то меланхолия, даже наличие щупалец перестало так остро беспокоить. Хотелось свернуться в калачик под одеялком, положить руку под щеку и поспать немного. Все равно он теперь отсюда больше ни ногой. Вот совсем. Его мир сузился до этой столь невероятно удобной кроватки, и почему он раньше не замечал ее прелести?

- Разве после всего что между нами было, у нас все еще есть такое понятие как мое и твое? - приподняв бровь проговорил Джеймс тихо посмеявшись, - Да ладно тебе, синтезируешь это...что бы там ни было еще раз. Разве это так сложно? Кстати сколько то эффект будет длится? - выглянув из под одеяла, Кирк замер будто бы вглядываясь во что-то. - Оу...нашу комнату проветривать бы не помешало бы. - А то в воздухе летает столько всего, что даже дышать стало как-то стремновато.

Но еще еще более стремно стало, когда Маккой неожиданно вытащил сигарету и закурил. Жуткий запах дыма ударил по его обострившимся чувствам. Казалось, что этот запах он чувствует не только носом, но вообще всем телом. Каждая клеточка его тела вдыхает этот ядовитый дым. Снова послышался тот же самый звук, кончики щупалец задрожали, а в следующую секунду Кирк вскочил, и одно из новоприобретенных конечностей выхватило у доктора сигарету переламывая ее пополам, и выбрасывая в окно, которую так предусмотрительно открыло другое.

- Эта дрянь убьет тебя Боунс. И оно травило меня! - прежде чем Леонард начал свою гневно-возмущенную тираду, сказал Джим усаживаясь обратно и подтягивая щупальца назад. Так странно, но они действовали как руку, подчинялись как условным так и безусловным рефлексам. Реагировали на эмоции, начиная греметь, то выполняли действия стоит Кирку только подумать о них. Если бы они еще не читали бы чужие воспоминания и прочее то цены бы не было бы. Джим бы даже задумался бы над тем, что бы оставить их на совсем. - И нет, мы не пойдем в лабораторию. Как я вообще за порог выйду? Меня накроет, как только я столкнусь с кем-либо! Хватит с меня чужих тайн! - Стоило снова вспомнить об этом, как те самые картинки снова всплыли перед глазами, заставляя сдавленно не то всхлипнуть, то не стрекотнуть. Закрыв лицо руками, Джим помотал головой, и зажмурился, - Ииии раз, два, три, четыре пять, дзен вернулся ко мне опять.. - медленно отняв руки от лица, Кирк расплылся в самой милой улыбке, на которую был только способен, и издав игривый стрекот выдал.
- Бооунси-и....а может ты меня тут как-нибудь полечишь а? Ты ведь и так уже нарушил кучу правил, а если кто-нибудь увидит меня в таком виде, то будет совсем крендец нам с тобой, но тебе особенно.. - Шантаж? Не-е-е-ет. Вы что?! Это просто суровая правда.

+2

7

МакКой закономерно нахмурился. Нормальная у него была курсовая, только не доделанная. И теперь результатом этой недоделки был, что называется, на лицо и прочие части тела Джима. И, зная его аллергичный организм, предстоящая разгадка увлекательного квеста "что?зачем?как?" становилась еще сложнее.
А мутации все продолжались. Это было бы ужасно, если бы ни было столь любопытно. Все же не каждый день твой сосед по комнате начинает... прекращает... становится... в общем, отращивает вполне своевольные тентакли. Еще и изменяющиеся. И чертовски сильные. И мысли читает. Нет, жить в компании клубка щупалец МакКой был совершенно точно против, но на краткий период исследовательского любопытства - вполне за. К сожалению, Дим явно был против побыть таким вот еще несколько дней. Впрочем, и комендант, и профессора и вообще все адмилартейство не оценит такое самоуправство. Эксперименты на людях давно были запрещены (и попробуй докажи всем этим старым хрычам, что оно само и вообще это стихийное бедствие по имени Джим Кирк). Так что со всем этим надо было что-то делать, желательно быстро и бесшумно, а не как у них это обычно получалось.
- Надеюсь, это, - МакКой ткнул в извивающиеся щупальца пальцем, - научит тебя тому, что да, есть моё, и его трогать не надо. Есть и пить - тем более.
Но надежда, конечно, была слабой. Куда там, ее вообще не было. Так, злорадство и обреченность. На сок оно ему было похоже, ага. Идиот несчастный, ему даже не всякий сок можно было, что уж говорить обо всем остальном, что может оказаться в комнатах студента-медика? Или этот кусок  человека думал, что МакКой не будет держать в комнате чего-то, что может ему повредить? Ну, правильно в некотором роде думал, аллергичную для Джима еду действительно приходилось чуть ли не прятать на другом конце Академии, но это же не повод тащить в рот все, что плохо лежит или стоит?
А поведение несносного мальчишки продолжало становиться все более и более странным. Ранее не противящийся особо курящему в комнате МакКою (а кто ж еще будет датчики отключать так, чтобы это было не заметно, если сам он может только гондон на них натянуть?) Джим начал атаку на его дорогие сигареты. Дорогие и как помять, и как средство успокоения и вообще по карману бьющие - вредные привычки это дорого, а ныне бедному МакКою периодически приходилось решать сложную дилему: выпить или закурить? Да и вообще, протащить что-то в Академию сложно априори, а он тут разбрасывается! Еще и выразить свое возмущение не дает... стрекотом?!
Ему показалось? Нет, не показалось.
МакКой тут же позабыл о сигаретах и уставился на Джима. А это еще что такое? Трикодер пискнул, выдавая пару граф анализов на падд и заверещал дальше, явно находясь в столь же глубокой истерике, как и пациент.
Понять так с ходу в мешанине данных, визга и нытья Джима было сложно. Получался как-то нарушающий все законы физики и разумного бред. Откуда бралась масса и энергия Боунс так и не понял, но организм Джима напоминал сейчас скорее ускоренно регенерирующую ящерицу, отращивающую хвост. Но вот никаких частей ящериц, впрочем, как и насекомых, в том растворе точно не было. Все это было глупым, непонятным и заставляло морщиться и вспоминать об отобранных сигаретах.
МакКой недобро глянул на Джима. Что делать с этим экспонатом он представлял слабо. С одной стороны и правда, показывать его в таком виде - нарваться на неприятности. Крупные, возможно с занесением дела, если вообще не отчислят. А с другой сам он очень слабо представлял что можно сделать. Мощностей его падда точно не хватит, а подключаться к серверам опасно... хотя, у него же есть Джим.
- Ладно, - МакКой смотрел на жертву собственной глупости изучающе и недовольно, будто уже прикрепил к столу и разобрал на органы, а потом собрал обратно как надо, но оно решило почему-то умереть. - Мне нужен доступ к медицинской базе, но что б не светилось ничего, - он кинул в руки Джиму свой падд.
МакКой встал с кровати и направился к столу, надеясь найти что-то полезное в своем рабочем бардаке. Включая записи того, что же он вчера синтезировал и из чего именно. Иногда его устаревшая для мира привычка вести лабораторный журнал на бумаге а не в падде была крайне не удобной. С другой стороны, где-то должен быть диктофон с надиктованным экспериментом для того самого журнала, осталось найти хоть что-то.

+2

8

- Что есть "твое" при разводе говорить будешь! А я такими темпами на него подам! - Ситуация конечно хреновая, но не шутить Кирк не может, ибо это конкретно так разряжает ситуацию, и как бы говорит о том, что он все еще "он". Хотя не известно как на него повлияла мутация, а вдруг он слишком многое взял от других людей? И сколько по времени в нем будут бушевать эмоции, которыми он заразился пока шел сюда? Ибо даже как то поплакать хотелось, если это конечно не его собственное желание. Снова глубоко вдохнув и выдохнув. Джим перестал кутаться в одеяло и спокойно сел, странно, но и комната словно предстала в другом свете. Цвета были такими яркими и глубокими, вот форменка на Боунсе была не просто красной, а имела разные оттенки, и Джим мог поклясться в том, что мог разглядеть ее волокна как под микроскопом, то стоило потом перевести взгляд на окно, как сразу же пришлось схватится за глаза. Свет был слишком ярким. Тихо зашипев, Джим дернулся и одно из щупалец плотнее закрыло окно, что бы ни один бесючий лучик солнца не пробивался внутрь.

- Можешь записать, что итоговый вариант явно ночное создание. Ты вообще что в итоге хотел сделать? Создать новый вид? Химеру? Если представишь меня как результат, то...даже не знаю что скажут. Вдруг припишут тебя к тем безумцам прошлых веков которые хотели улучшить породу людей и это им много чем обернулось. - Внезапная длинная и на удивление спокойная фраза от Кирка, сейчас он словно наконец-то нашел тот необходимый покой, чужие эмоции выветрились так сказать, и наступила легкая апатия. Даже вопеть на Боунса за его бурду не хотелось. - Мне надо умыться. - сказал, как только Маккой завершил свое сканирование и резко поднявшись на ноги, Джим легко спрыгнул с кровати преодолевая расстояние между ним и душем, после чего скрылся в ванной.

Включив кран, Кирк набрал воды быстро умываясь, а когда поднял голову и встретился со своим отображением, снова дернулся едва не выдав позорный писк. Его глаза стали как-то слишком ядрено-голубыми, зрачки приняли четырехконечную форму, а на радужке появились круги, при чем сама радужка стала намного шире, чем обычно. - Хммм...похоже на глаза келпиан, но у них не такие зрачки. - Наконец-то перестав себя разглядывать, Джим утерся полотенцем и уже более посвежевший, вышел из ванной, усаживаясь на кровать.

А Маккой, тем временем наконец-то перестав пилить его недовольным взглядом, кажется собрался с мыслями, быть может даже нашел решение, ибо запулил в него медицинским паддом, который щупальце Джима легко поймало.

- А ты так, - глядя на то, как Боунс копается в своем бардаке и пытается что-то найти, наверняка какие-нибудь записи, - Ничего не помнишь? А...вдруг в итоге мутация настолько изменит меня, что я начну размножаться почкованием? Тебе придется взять ответственность и платить алименты. Боже я слишком молод для того что бы заводить детей. Будет как в романе той первокурсницы, которая пишет про нас, мы там успели поженится и развестись пару раз, и у нас есть дети. - Продолжая нести чушь, ну что бы просто позлить своего друга, Джим принялся быстро копаться в падде, настраивая его, и взламывая общую медицинскую базу так, что бы не осталось никаких следов, некоторые программки для этого он специально обменивал на дорогущий и запрещенный ромуланский эль. - Стоп, а если и правда? - Наверное, вместе с щупальцами выросла и впечатлительность, ибо стало как-то не по себе, ведь черт знает чего там Маккой намешал, он даже сам этого не помнит, вдруг Джим и правда размножится? Он слышал о расах, которые просто через прикосновение могут передать свое ДНК при чем и не важно какого пола партнер, он все равно понесет. Нести Джим точно не хотел, ведь тогда придется академический отпуск брать, а как это повлияет на его карьеру? - Маккой ты обязан меня вылечить. - Даже слегка севшим от паники голосом просипел Джим поднимая на Леонарда взгляд.

Отредактировано James T. Kirk (2019-05-17 23:10:17)

+1

9

Невзначай брошенная фраза для МакКой значила и стояла гораздо больше, чем для безголового Кирка, у которого и язык без костей да и в голове ветер свищет. Не стоило от него ожидать чего-то разумного, особенно когда он треплется. Но в этот раз привычный уже в общем-то бессмысленный треп значил гораздо больше.
Он означал то, от чего МакКой так трусливо сбежал с пол года назад. Ту реальность, от которой так успешно прятался, скрывался, старался забыть и не вспоминать, если под рукой нет бутылки бренди. Но лишь пара слов и старые раны, совершенно не зажившие и даже не засохшие, снова начали ныть и кровоточить в глубине души, напоминая о своем существовании и о той жестокой реальности, которая ждет МакКойя каждый раз, стоит только переступить порог Академии, связаться с адвокатом, позвонить домой, попытаться опять и снова выбить разрешение на общение с дочерью.
МакКой не мог винить Мириам ни в чем: ни в отобранном имуществе, деньгах, репутации, ни в попранной уверенности в себе как в мужчине и муже, ни в разочаровании или ненависти к самому себе. Но он никогда не простит ей запрета на общение с Джоанной. Да, возможно в этом и был смысл, что тогда, когда в доме могло не оказаться еды (не то что бы Мириам такое допустила бы), но всегда найдется алкоголь, что сейчас, когда алкоголь и сигареты - единственные способы справиться с давлением этого нового, пустого мира, где есть только учеба и пустоголовый Джим Кирк. Тот самый, что так неосторожно погрузил МакКоя в старую добрую пучину боли и ненависти, печали и грусти, тихой глухой тоски по дочери, которую он не видел с самого суда, плачущую и упирающуюся. Это обстоятельство добавляло каплю ненависти и боли.
- Не беспокойся, если меня посадят, то тебе дадут нового ученого, который будет тыкать в тебя трикодером и гиппо, - не совсем добро и вообще не обещая ничего хорошего ответил Джиму МакКой, надеясь этим сбить с него всю эту пустую првальность
Писк трикодера выдернул из нерадостных мыслей о том, как сделать себе и окружающим больнее как раз вовремя. Уход Джима и шум воды из их крошечной ванной послужил еще одним напоминанием о том, где же он и что происходит. Что отвлекаться не время и подучать обо всем этом можно в следующий раз, когда под рукой будет не падд и гиппо, а стакан и полная бутылка бурбона. И когда вокруг не будет никого, чтобы помешать ему вознести должное тому океану отрицательных чувств, который сейчас притаился на задворках мыслей, готовый при любой слабине вырваться наружу.
Отбросив переживания, лишние сейчас, МакКой снова погрузился в перебирание бумаг, уже скорее бессмысленно сортирую в разные стопки просто записи, падды, книги и тетради. Диктофон аккуратно лежал сбоку, найденный, но, вполне вероятно, совершенно бесполезный.
Потому что мало ли что там в действительности было, в том стакане? Утром из комнаты МакКой унес целую батарею шесть на четыре пробирок разного содержания и цвета. И во всех из них содержались разные вариации воздействия на один и тот же, неизлечимый в родном мире, вирус. Для большинства представителей федерации эта штука была не опасна, потому так спокойна выдавалась первокурсникам, что ее можно было даже при желании с собой унести. Но к этому вирусу МакКой добавлял десятки различных элементов, иногда даже живые бактерии или микроорганизмы. И что было в стакане, сложно угадать. Делающий все на автомате и в полусне МакКой мог туда и остатки выливать, мог смешивать что-то совсем левое, пока делал основную батарею тестов. На диктофоне это скорее всего есть, но прослушать запись нескольких ночей работы меньше чем за час? Он же не машина.
Все эти мысли и довольно бессмысленные сейчас действия проходили под фоновый треп вернувшегося и колдующего над медицинским паддом Джима. Тот был уже свеж, активен и безмерно болтлив. Его трескотня даже несколько успокаивала взвинченные нервы. Этот Джим был привычен, понятен и даже в некоторой мере приятен. Под всю ту чепуху, что он молол, было спокойно работать, думать, даже не вникая кивать головой и улыбаться.
Но стоило снова прозвучать тебе отношений, развода. Детей. Как МакКой замер посреди движения, закостенев, заледенев, ужасаясь той волне ярости, которая поднялась внутри. Хотелось что-нибудь сломать. Желательно об голову болтуну. Черные воды в голове стали ближе, активнее, на них расходились круги. Один, второй, третий. Поднявшаяся волна разбилась о пластиковую улыбку МакКоя, приклеенную вместо привычной. Оставалось надеяться, что увлеченный собой Джим не заметит смену настроения, а новоприобретенные чувства не помогут ему в этом деле. Все же люди были довольно скрытными по сути своей существами. В их культуре вламываться в голову не принято. А чтобы скрыть недовольство и боль, МакКой поддержал шутку:
- Джима, наши дети должны были оказаться в приюте - мы оба просто ужасный вариант для родительства, - напряженно выдавил он. - И я до сих пор не понимаю, почему они остались с тобой. Девчонка слишком хорошего мнения о тебе.
Ответ вышел не смешным и скорее злым, чем подтрунивающим. Хотелось так же оскорбить и обидеть, но удавалось себя сдерживать, напоминая раз за разом, что они здесь делают. Этому помогал постепенно теплеющий в ладони диктофон.
- Знать не хочу, что у тебя в голове происходит, так что дай сюда падд и не мешай разгребать твои косяки, - МакКой отобрал у запаниковавшего ни с того, ни с сего Кирка свою технику и принялся подключать к ней диктофон. Благослови Бог тех, кто придумал нормальную программу дешифратора, способную разобрать даже его южный акцент, а так же не требующая от человека никакого участия. Осталось подружить старенький диктофон с новехоньким паддом.
Коннект прошел успешно, и МакКой запустил анализ данных. Все медицинские знания Звездного Флота, Федерации планет перебирались друг за другом в поисках совпадений и разъяснений. На экране мелькали сменяющиеся неясные числа, которые должны были бы обозначать время до завершения анализа, но не в их случае. Что ж, оставалось только ждать. Но чем занять себя в это время? МакКой покосился на оставшегося не у дел Кирка. Губы растянулись в улыбке.
- Итак, а пока мы ждем, давай и правда запишем все, что в тебе теперь не так. - МакКой оценивающе оглядел эту доморощенную жертву собственной глупости. - Вытягивай щупальца, будем измерять.

+1

10

Джим хотел вякнуть что-то о том, что никому другому не позволит тыкать в себя трикодером и гипо, но момент был упущен, слова так и застряли в горле. Странно, но было что-то не так, в его друге что-то переменилось, и пока Джим не мог сказать что именно. Наверное будучи в своем обычном состоянии, он вряд ли бы заметил, ибо вел себя Боунс как обычно, привычно пошутил-поязвил в ответ. Но сейчас, Кирк остро ощущал что, что-то с Маккоем не так, и пока язык не поворачивался спросить. Ага впервые в жизни, нечто ему подсказывало, что нужно пока подождать. А ждать чего именно? Это нечто молчало и не собиралось отвечать.

- Эм...ты прав. - Неожиданно для себя ответил Джим бросив короткий взгляд на лучшего другого. Себя Кирк вообще не представлял родителем, да и не надеется на то, что когда-нибудь создаст семью, это наверное не для него, он не сможет. Но вот в этих самых романах той девчонки, у него получилось. М-да, все дело в неведении.

А то самое ощущение, все укреплялось и становилось более явным, с тем учетом, что пошутил Боунс не так как обычно, более резко, с намерением уколоть сильнее чем обычно, ведь он уже знает, что тема семьи и приютов не самая удачная для Джима, и кажется для него самого тоже. Пока доктор возился с паддом, Кирк внимательно смотрел на него, очень внимательно не отрывая взгляда. Паника сошла на нет, будто бы ее никогда и не было, теперь все его внимание было сосредоточено на Боунсе, он смотрел на него та, будто бы пытался прочесть. Но это ему слабо удавалось.

- А насколько вытягивать? Насколько смогу? - Встав на ноги, Кирк прикрыл глаза и только подумал о заданном, как щупальца стали выполнять, такая вполне естественная манипуляция ими, будто бы они как его руки, настолько же привычно, что это даже не кажется странным. Словно эти щупальца всегда у него были. Однако, как оказалось, эти щупальца реагируют буквально на все, на ту тревогу и желание узнать что с его добрым доктором не так - тоже.

- Что если...? - Джим даже не успел закончить мысль, когда одно из щупалец обернулось вокруг запястья доктора. Кирк вздрогнул всем телом и застыл. Эмоции, воспоминания и мысли в хаотичном порядке, транслировались прямо в его голову. И в этом беспорядке, Джим понял, что он налажал. Конкретно. Да пусть и не специально, но налажал. Возможно из-за того, что его эмоции были усилены, чувство вины стало стремительно пожирать его. Маккой никогда не говорил о своем разводе и о том, что к нему привело, точнее последний разговор об этом был в их первую встречу. То был очень потрепанный Маккой от которого немного разило алкоголем, и он явно был не форме. Сейчас за это пусть и небольшое время, Боунс изменился, взял себя в руки так сказать. Наверное, потому что увлекся учебой и работой, что помогла ему отвлечься, но не сказать что пережить развод. Расставание с еще маленькой дочерью.

- Б...Боунс прости.. - щупальце разжалось, Кирк подавшись вперед крепко обнял лучшего друга. - Правда прости, я такой идиот... всегда был идиотом, но сейчас особенно. - Джим просил прощения не только за то, что не держал язык за зубами, но и за то что вот так случайно влез в воспоминания Маккоя, которыми он может быть и не желал делится.

- Я и не знал, что все на самом деле так плохо. - Отпускать друга, Джим пока не собирался, наверное до тех пор пока не убедится, что добрый доктор действительно на него больше не злится. - Глупо спрашивать почему ты не рассказывал. - Особенно с тем учетом, что Кирк и сам никогда и ничего о себе не говорит. - Я понимаю, правда. - Но хотелось помочь, хоть как-нибудь, как угодно. Хреново осознавать, что в жизни есть ситуации в которых особо ничем не поможешь, очень хреново. От бессилия появляется презрение к себе, Кирк об этом знает не понаслышке. Медленно отпустив Маккоя, Джим сделал шаг назад, внимательно глядя в лицо доктора, пытаясь снова прочесть что-то по нему, больше использовать эти нежелательные конечности, он не хотел.

+2

11

Джимми был удивительно покладист и тих. МакКой не обратил на это особого внимания, лишь мелком отметил себе в сознании довольно нетипичное поведение друга. Особенно нетипичное в рамках недавней паники. Но все это прошло мимо его уставшего, зацикленного на самом себе разума. Воспоминания уже не одолевали, лишь проворачиваясь где-то на фоне основных мыслей. Но чувство неприятия, жесткости в костях и мышцах, в самой своей шкуре, неудобство от самого себя оставалось. И без того не радостное настроение было опущено и подниматься не собиралось, оставаясь столь же мрачным и язвительным.
- На всю длину, - МакКой поднял свой обычный падд и трикодер, задав им программу измерения и осмотра новой, ранее незнакомой формы жизни, подобной человеческой. Сканирующие лучи направились в сторону Джима. Тот удивительно легко управлялся с новыми конечностями и был поразительно сосредоточен на чем-то своем. Ну, хорошо не паникует больше, подумалось тогда, но сознание опустило факт того, что тихий Джим - это не к добру.
Но что мог сделать не способный без истерики выйти из комнаты мальчишка? МакКой опять его недооценил, не понял намерений.
- Что?..
Первые мгновения, когда щупальца обвились вокруг запястья, в голове поверх всех мыслей промелькнуло яркое удивление. Ведь этого хотел Джим, осознавал действия, щупальца ему полностью подчинялись. Трикодер запищал, показывая высокую мозговую активность. И МакКой вспомнил. Вспомнил, с чего вообще начинался этот идиотический вечер. "Слишком много информации!"
Он сам тогда так подумал, когда Джим вывалил на его и без того загруженную голову все то, что узнал о других людях, с кем успел столкнуться. И не людях тоже. И сейчас этот безумный мальчишка использовал свой мозг явно не по назначению. По крайне мере точно не по тому, которое закладывала матушка природа в ген человека обыкновенного. А содержание его головы было совсем не тем, чем МакКой собирался делиться хоть с кем-то. Особенно вот так на прямую, нерв к нерву. И тем более не с бесящим его обалдуем-Джимом Кирком. Не с этим несносным мальчишкой, совершенно еще не знакомым со старой доброй "взрослой" жизнью. Не хотел МакКой показывать каким был, стал, что чувствовал. Это были его тайны. Может однажды он ими бы и поделился. Но сам. Не так. Не напрямую из головы.
Попытки отцепить от себя щупальце ничего не дали, то было невероятно сильно.
- Отцепись от меня, идиот несчастный! - гадюкой зашипел МакКой, отталкивая теперь обнимающего его Джима. Тот вцепился всеми своими и новыми и старыми конечностями, разве что не повис как на дереве, и на том спасибо. - Это моя голова, придурок, не смей в нее лезть!
МакКой был не доволен. Все эти извинения были ему нужны как собаке пятая нога. Зачем оно ему, если уже случилось? А подобное в его понимании мира не было правильным. Не прощалось. У них был хрупкий мир: Боунз не лез в прошлое Джима, хотя видел множество совершенно не правильных привычек, никак не обоснованных в медкарте Кирка; но и взамен тот не совался к МакКою со своими вопросами, если они у него таки возникали. Это было правильно. Честно. И сейчас Джим нарушил все эти негласные установки, пошатнул их хрупкий мир и дружбу. Потому что знал если не все, то большую часть тайн МакКоя, но не предлагал в ответ ничего кроме своих чертовых "прости".
"Прости" ничего не изменит.
МакКой так и сказал переполненным злостью голосом.
Быть столь обнаженным перед другим было не правильно, неприятно и крайне смущающе. И когда Джим наконец отцепился от него, МакКой почти отскочил от него, наткнувшись спиной на шкаф, стукнувшись локтем, но не заметив этого.
Внимательный взгляд Джима чертова Кирка был неприятен. Оно все было неприятно. Потому что Джим увидел лишь часть. Он не понимал причин происходящего, судил так, как считал правильным. Не знал о том, что думает об этом всем сейчас МакКой. Или оставалось надеяться, что не знал. Рассказывать сверху об отце, о пьянстве, о собственном смирении и понимании не хотелось. И тот Джимми-бой, с которым МакКой прожил уже почти пол года, совершенно точно не мог понять всех чувств. Он не знал, что такое держать крохотную жизнь в руках, любить ее просто за факт существования, обожать женщину, которая подарила это чудо ему. И все это для того, чтобы спустя годы собственными руками разрушить все. Джим не знал о том как убивать отца, пусть даже то просит об этом. Не знал о том горе, что следует за осознанием поспешности своих действий, когда где-то на другом конце планеты все же находят лекарство. Он не зал о том, как сильно алкоголь может разрушить человека. И как сложно собирать себя на пепелище жизни, которую сам сжег.
- Не надо мне говорить о понимании. - Горечь сквозила в голосе МакКоя. Он не хотел разделять свою память ни с кем, кроме самого себя и, возможно, психолога, с которым наверняка однажды ему придется встретиться. Но не с только начинающим познавать мир мальчишкой Джимом Кирком. Тому это все было не нужно, ведь это совершенно точно убьет легкость в их отношениях. А этого не хотел и МакКой. Ему нравилась его жизнь сейчас, пусть она и была довольно несчастна и одинока. Но она была его, он сам ее построил и не хотел менять. Перемены могли быть разрушительны. - Я не хочу об этом говорить.
МакКой уткнулся в трикодер и планшет, просматривая информацию, зафиксированную во время их эмоционального момента.
- Давай вернемся к осмотру, - только убедившись, что на лице не осталось ни каплю горечи, а в голосе не проскочит ничего, кроме профессионального интереса, МакКой поднял глаза на Джима.

+1

12

Есть моменты жизни которыми не хочешь ни с кем делится, и все на них реагируют по разному кто-то абстрагируется и замещает их чем-то, кто-то их легко переживает и отпускает, кто-то в конце концов делится ими с теми кому доверяет и становится легче. А кто-то увлекается временными связями, спит буквально с каждой инопланетной сущностью женского пола. Нимфоман-ксенофил? Да нет, совсем нет, Кирк так не думает. Но и говорить об этом тоже не будет. В конце концов, что такого в том, что он любит по развлечься? 

Боунс не простил, и он злился. Кирк дотронулся до того, чего трогать не следовало, в конце концов они знают друг друга все пол года. Может быть для них обоих этого недостаточно. Они когда не касались прошлой жизни друг друга, Джим не говорил о себе потому что, это не то о чем нужно было говорить, а Маккой вполне поясным причинами. Пусть это действительно вышло случайно, Кирк не контролирует новые конечности, но все равно, какая теперь разница? То что было между ними рухнуло, все по не знанию, по глупой случайности. И сейчас Маккой его терпит только потому, что хочет исправить случившееся. Опять же по вине Джима. После, он наверняка больше не захочет с ним разговаривать. Будь Кирк собой, без всего этого, то вряд ли бы думал так, может попытался еще раз наладить отношения, но сейчас все было как-то по иному. Он будто бы чувствовал волны злости, что исходили от Боунса, и казалось, что теперь их дружба просто рухнула.

- Я....знаешь. Пойду. Прости еще раз.. - неловко произнес Джим, издавая печальный стрекот, медленно отстранился, отходя подальше. Одно из щупалец дотянулось до шкафа, из которого он вытащил куртку с капюшоном, и быстро натянув на себя, Кирк прошел к окну открывая его и вылезая на руку. Легко будто бы всегда это делал, он цепляясь за малейшие выступы и шероховатости, быстро спустился по стене вниз, и когда до земли осталась пара метров, он спрыгнул вниз, мягко приземляясь. Кинув последний взгляд на их окна, Джим накинул на голову капюшон и побежал, так быстро как только мог. - Что же теперь делать? Он не заговорит со мной снова...и вообще. Чертов идиот Джим. Не хочу возвращаться. И вряд ли Маккой хочет этого, наверное будет лучше переехать.. - Ага, так будет лучше. Или может быть вообще лучше не возвращаться? - прозвучал тихий странный голосок. - Беги. Лучше беги подальше от всех. - Становилось жутко, все вокруг было слишком ярким, свет бил в глаза, пролетающие мимо машины шумели просто невероятно, а стоило столкнутся с кем либо, как в голову били чужие мысли и эмоции (чертовы щупальца не сидящие на месте). - Надо бежать...как можно дальше, надо бежать. - А голосок все усиливал его страх и паранойю. Джим бежал куда только глаза глядят, ни разу не остановившись.

Ни ночью, ни утром Кирк не появился в комнате, и не пришел на занятия. Как и на последующий день. Кроме него пропали еще несколько студентов, которых в последующем нашли в довольно странном состоянии. Дольше всех искали Джеймса Т. Кирка, что пропал тогда и неизвестно где прятался. При обнаружении, поисковый отряд отметил агрессию типичную для бушевавшего вируса, но и то как видоизменился кадет. В его поимке несколько человек получили ранения (проще говоря рожу им начистили знатно), было разрешено использование фазера в оглушающем режиме, после нескольких выстрелов (одного оказалось вообще недостаточно), кадет Кирк был благополучно обезврежен и доставлен в госпиталь.

В госпитале было обнаружено, что в отличие от других заболевших, Кирк получил физические изменение, наросты в виде щупалец, измененные глаза, конечности стали длиннее, ноги изменились став больше похожи на лапы кошачьих. Джим практически полностью потерял контроль над собой, его человеческая сущность куда-то отодвинулась, он одичал. Даже будучи прикованным к биокровати, он умудрялся пнуть, ударить, укусить любого кто к нему пытался подобраться. В целях безопасности, его определили в отдельную палату под карантин.

Вот действительно же, не все то виски что налито.

+1


Вы здесь » crossreality » Оконченные истории » Не все то виски, что налито