Мы устали от зимы, теперь у нас ламы, кактусы и теплая летная атмосфера. Мы готовы поделиться с вами настроением, заходите на бокал текилы и оставайтесь с нами на перекрестке миров, где найдется место для каждого странника.
ЛУЧШИЕ ИЗ ЛУЧШИХ / ПОСТ НЕДЕЛИ:
А ВАС МЫ ЖДЕМ ОСОБЕННО СИЛЬНО:
ФАНДОМ НЕДЕЛИ:
правила роли шаблон анкеты амс нужные хочу к вам отпуск банк списки смертников подарки
Практически в звенящей тишине Сантанико преодолевает путь до центральной части бара. Здесь пусто и тихо, как никогда. Не слышно звучания гитар проклятого — в прямом смысле слова, — оркестра; отсутствует навязчивый гул голосов, который прежде никогда не замолкал в голове кулебрас. Не в те моменты, когда она была здесь — тонкий слух и острая восприимчивость к любому внешнему воздействию тоже существовали словно часть ее личного проклятья. Сантанико проходит вперед, неторопливо обходя стулья, расставленные в беспорядке. Девушка ощущает солоноватый запах крови, что не удивительно. Здесь совсем недавно была драка. Все здесь пропитано подобным запахом, настоящая кровавая баня. Но в этот раз погибают не невинные.ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ

crossreality

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossreality » Мы творим историю » and I will try to fix you


and I will try to fix you

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://s8.uploads.ru/h2JBi.png


and I will try to fix you
Sakura Haruno & Ino Yamanaka
дом Сакуры

«and the tears come streaming down your face
when you lose something you can’t replace
»


◈◈◈ Сюжет: ◈◈◈
После гибели Асумы-сенсея Сакура утешает Ино.

Отредактировано Ino Yamanaka (2018-12-27 01:12:35)

+2

2

не плачь,
ливень долгим не бывает

Сакура сидела дома и смотрела в окно. Дождь как зарядил, так и не думал прекращаться. На столе стыл зеленый чай, лежали нетронутые свитки, возвышались стопки книг по медицине, которые надо было читать. Читать, записывать, снова читать, снова тренироваться. По стеклу капли дождя, казалось, играли наперегонки, кто быстрее доползет до конца. Сакура видела, как по улице люди спешили домой, в тепло и сухость. Тишина в квартире родительского дома, казалось, уже звенела. Тихо, как в морге. Только там хотя бы звенели лампы, а здесь был только мерный стук часов. Тик-так, тик-так, тик-так. На столе все так же стыл зеленый чай, в зеленых глазах Сакуры застыло время.

он и сам об этом знает,
он, хоть капельку, но врач

Сакура сидела на кухне родительского дома и пыталась заставить себя поработать хоть немного за сегодня. Час назад она пыталась взять себя в руки и написать хоть строчку из учебников. Иероглифы сливались воедино, смысл строк и текста ускользал куда-то далеко. Тяжело вздохнув, она решила, что будет хорошо налить себе чай, это помогло бы. Наверное. Возможно. И чай она налила. Налила и села смотреть на улицу. Свинцовые тучи нависли над деревней и явно не собирались отступать. Тишина нависла над Сакурой и забрала в свои объятья. Темные тучи не собирались уходить, темные одежды не собирались покидать гардероб шиноби. Сакура сидела на кухне родительского дома и пыталась заставить себя прекратить думать.

не плачь,
и подарит тебе утро

Сакура лежала в постели и смотрела, как за окном начинается дождь. Тучи были еще далеко, но днем они точно прольются на Коноху обильной влагой. Девушка вздохнула и встала с постели. Надо было позавтракать и продолжить заниматься медициной. Пятая уже давно ничего не задавала как урок, но подтягивать свои знания всегда было нужно. На плечи упали первые горячие капли из душа. Ей почему-то казалось, что сегодня не удастся поработать. Девушка стояла под горячими струями воды душа и пыталась составить сегодняшний график работы. В голову почему-то лезла совсем не работа. Она никогда не могла найти способ, как избавиться от воспоминаний и дурных мыслей. Неуверенность в себе порой разъедала ее изнутри, заставляя вспоминать свою никчемность и слабость. Сакура лежала в постели, завернутая в полотенце после душа, и пыталась остановить слезы.

только реки перламутра,
а не слёзы неудач

Сакура вздохнула и перевела взгляд на свитки, которые все еще лежали на столе. Дернувшись, было, за кисточкой для письма, она случайно задела чашку с холодным сладким чаем и пролила содержимое на стол, залив свитки и чудом не залив книги.
-Черт, - тихо выругалась куноичи.
Мокрая бумага полетела в мусорку, книги отправлены обратно в комнату. Вот и поработала. На плите закипал чайник, на полу лежали осколки разбитой чашки, на полу сидела девушка и плакала, пытаясь собрать осколки. Как никогда, хотелось разбить не только чашку, но и вообще все. Напряжение явно сказывалось, а у девушки сдавали нервы. Такие приступы были для нее не в новинку, но она предпочитала, чтобы о них не знал никто. Даже мама, даже Ино. Она предпочитала, чтобы их вообще никогда не случалось. Она предпочитала, чтобы вообще ничего не случалось. Ни ненависть Саске, ни Девятихвостый в Наруто, ни что-либо еще плохое. Но она шиноби, а шиноби идет под руку со смертью. В дверь постучались, но она не слышала. Или не хотела слышать. В дверь постучались снова.
-Иду, - сказала она на подходе к двери, вытирая заплаканное лицо.
На улице шел дождь, люди бежали в дом от порывов стихии, на пороге стояла Ино

не плачь,
ливень долгим не бывает,
он и сам об этом знает,
он, хоть капельку, но врач

+2

3

» и взрываются здания,
и птицы падают замертво внутри меня «

Она не успела.

Конечно, вряд ли от своевременной помощи Ино был бы толк, учитывая особенности ее весьма хрупкого дзюцу, да и медик из Яманака был так себе, она не умела исцелять серьезные раны и ограничивалась пока мелкими повреждениями, которые Шикамару и Чоджи получали на тренировках, и точно уж не смогла бы залечить такие серьезные травмы, которые получил Асума-сенсей, сражаясь с Акацуки, но все равно Ино чувствовала себя виноватой. Перед сенсеем - за то, что не справилась с медицинскими техниками, хотя и пыталась. Перед товарищами по команде - за то, что им пришлось это пережить отчасти и по ее вине. Особенно Ино грызла вина перед Шикамару, ведь он был рядом с Асумой-сенсеем, когда они с Чоджи только догоняли отряд, не успевая вовремя прийти на помощь. И подоспели они, когда бой был проигран. И их всех бы убили, если бы Акацуки этого захотели - но у тех были более важные дела.

Асума-сенсей умирал у них на руках. Ино, наверное, никогда этого не забудет и еще часто будет видеть во сне, как струйка крови стекает из уголка губ учителя, и слышать его голос, в последний раз обращающийся к своим подопечным. Он заговорил с ней первой, пока Ино сидела на коленях, и дождь омывал ее лицо напополам со слезами. Она всегда будет помнить его слова - учитель просил ее заботиться о товарищах и не проигрывать Сакуре ни в дзюцу, ни в любви. Такой простой совет, учитывая то, что Асума часто выслушивал жалобы ученицы на то, что Саске-кун не обращает на нее внимания - и все равно Ино приняла слова Асумы близко к сердцу, хотя в то время не могла думать ни о чем - ни о Сакуре, ни даже о Саске-куне, все внимание сосредоточив на умирающем сенсее, зная, что вот-вот его душа покинет тело.

Они плакали, все трое. Ино могла не стесняться - среди команды номер десять она была девушкой, и ей позволялось плакать. Даже самым сильным женщинам позволено показывать свои слезы, и Яманака не стеснялась друзей, горестно опустив голову и позволяя слезам чертить на щеках мокрые дорожки. Но не только Ино проявляла таким образом свою печаль - плакал даже Шикамару, который всегда был сильнее их троих, и, несмотря на все амбиции Ино, был лидером в команде Ино-Шика-Чоо. Он говорил, что его глаза слезятся от табака, потому что закурил, подражая Асуме-сенсею, который всегда держал во рту сигарету, но на самом деле табак тут был совершенно ни при чем.

Шикамару вообще пришлось хуже всех, ведь именно он отправился сообщить Куренай-сенсей о том, что ее возлюбленный и отец ее пока еще нерожденного ребенка погиб. Ино же, вопреки наставлениям сенсея заботиться о товарищах, даже не поддержала друга вовремя - ей было стыдно перед Шикамару за то, что он был один и во время боя с Акацуки, и потом, наедине с женщиной, которая потеряла самого дорогого ей человека. После похорон Асумы-сенсея Ино не пошла домой - не хотела видеть сочувствующие лица отца и матери. Не хотела, чтобы они утешали ее.

В жизни Ино наступал новый этап, и она чувствовала это, пока что только сердцем, но чувствовала. Когда последнее дыхание слетело с окровавленных губ ее учителя, вся команда Ино-Шика-Чоо повзрослела. Когда погибает твой наставник, всегда происходит именно так - ты перестаешь быть ребенком. Ты чувствуешь себя обязанным подхватить оружие, выпавшее из руки учителя и вступить в бой вместо него. Кажется, Шикамару всерьез задался именно этой целью. Ино же... впервые поняла, что в своей команде она - отнюдь не лидер.

Она не успела. Она не была достаточно сильной, чтобы помочь. Она позволила своему учителю умереть.

Ино шагала под дождем, и отросшие волосы, промокая от воды, противным холодком липли к шее. Благо, Ино собрала их в хвост, иначе выглядела бы совсем жалко. Погода как будто оплакивала Сарутоби Асуму вместе со всей деревней Скрытого Листа - все говорило о том, что дождь закончится еще не скоро. Небо было плотно затянуто свинцовыми тучами, а в лужах плавали пузырьки.

Ино шла прямо по лужам, не заботясь о том, что может простудиться. Какая теперь разница, казалось ей, если учителя уже не вернуть, если жизнь перевернулась кверху дном, если плакал даже Шикамару, который всегда был таким сильным. Может, и солнце уже не встанет из-за горизонта, не высохнут ни лужи, ни слезы, а впереди ждет только тьма, боль и такая сырость, что даже в костях ломит.

"Я простужусь", - отстраненно подумала Яманака, но эта мысль была поверхностной и незначительной. Собственная предполагаемая болезнь ничуть ее не расстраивала. Если она заболеет, то просто выпьет чай из лекарственных трав, и на следующее утро будет уже полностью здорова. В отличие от Асумы-сенсея.

Ино истошно нуждалась в том, чтобы с кем-то поговорить. Не с родителями, от сочувствия которых она сбежала, и уж точно не с Чоджи или Шикамару, и не с их семьями - они все переживали общее горе, а Ино нужна была поддержка со стороны. Кто мог ее понять? Кто мог унести прочь ее горе хотя бы на непродолжительное время? Кто мог заставить ее улыбнуться без фальши?

Сакура.

Сакуре сейчас, конечно, тоже нелегко. Ино знала - видела - что ее подруга тяжело переживает уход Саске-куна из Конохи. Ино и сама тогда расстроилась, но не настолько сильно, а теперь, когда ее учитель погиб, предательство Саске казалось Яманака незначительной и достаточно глупой проблемой. Во всяком случае, она не стала бы так яростно желать возвращения Учиха, как Наруто и Сакура, которые задались целью непременно его вернуть.

Сакуре нелегко, думала Ино, шагая к ее дому. Она любит Саске - кажется, на самом деле любит его, а не просто была им увлечена, как остальные юные куноичи, в том числе - сама Яманака. Но ей, Ино, на данный момент хуже, ведь Саске хотя бы жив, и Сакура еще может его увидеть.

Остановившись перед дверью дома Харуно, Ино поежилась от холода и постучалась в дверь, обнимая себя руками за плечи и понимая, что даже если выглядит жалко, то Сакуре позволено видеть ее такой.

Наверное, только Сакуре и позволено.

+2

4

не плачь,
эта божья роса не касается всех,
но касается всякого

Дождь не прекращался, усиливаясь и усиливаясь, окрашивая мир в темные цвета. Темные цвета снова посетили семьи шиноби, впервые после смерти Третьего. Черный не тот цвет, который хотелось бы долго носить и видеть. Черный именно тот цвет, который они все носили уже который день. Одинаковые одежды приравнивали и уравнивали всех. Смерть ровняет всех. В тот день она вернулась домой глубокой ночью, не проронив не слова заперлась в своей комнате. Она уже давно не помнила, что такое нормальный сон.

Смерть ровняет всех. Ночь ровняет всех. Похороны Асумы-сенсея прошли тяжело для всех. Черные одежды и белые цветы на черной скорби команды номер десять. Черная лента в белых волосах Ино, это то, что она запомнила очень хорошо. Сакура не знала, что это такое, потерять учителя, потому что и Какаши-сенсей и Цунаде-шишо были рядом. Наверное, ей повезло. Но она чувствовала стыд перед всеми за то, что она такая. За то, что она целая. За то, что у нее есть родители и друзья. За то, что у нее есть учитель и любимое занятие. За то, что она добивалась больших успехов в медицине.

-Ино...

Сакура стояла в дверях, глядя во все глаза на мокрую подругу, которая так и стояла под дождем. За спиной на кухне кипел чайник, готовый свистеть еще так долго, насколько его хватит. Свист чайника нарушал молчание, возникшее на пороге этого дома, на пороге дня и вечера.

Она знала, что Ино пыталась вылечить раны Асумы, но не смогла. И Сакура тоже бы не смогла. И Никто бы не смог. Смерть уже тогда дежурила в том месте, где был их последний бой.

Смерть ровняет всех, только почему. Почему они должны терять снова и снова. Тьма ровняет всех. Тьма давно живет в их сердцах. Тьма давно ходит со всеми ними рука об руку, сопровождая на миссиях, в больнице, в академии, с рождения. Рассвет идет вслед за ночью. Когда же настанет их рассвет?

-Ино, проходи.

Сакура посторонилась, впуская мокрую подругу вглубь квартиры.

не плачь,
в мире есть чудеса,
но что бежишь под дождём, что стоишь под дождём - намокаешь одинаково

+2

5

» ведь в такие моменты просто нужно жить дальше, просто встать и идти
ты же знаешь, амиго, такие, как я, не плачут «

Дверь открылась, и на пороге появилась Сакура, как и ожидала промокшая и замерзшая Ино. С тех пор, как они стали соперницами, Яманака редко приходила к Харуно домой - повода не было, ведь здесь ее никто не ждал. Когда юные куноичи поняли, что влюблены в одного и того же парня, их пути разошлись - причем, это было полностью решение Сакуры. Ино была бы не против дружить дальше, несмотря на то, что им обеим нравится Саске, ведь что плохого в здоровой конкуренции? А там Учиха сам бы выбрал, кто из них достойнее; вернее - кто из них больше ему дорог. Сначала Ино думала, что влюблена в Саске, кокетничая с ним при каждой встрече и стараясь соответствовать идеалу девушки, специально сидя на изнурительных диетах и отращивая длинные волосы, но потом это увлечение Яманака стало сходить на нет, но обида на Сакуру, которая так легко разорвала их дружбу, осталась дольше, чем влюбленность в Учиха, из-за которого девушки и поссорились.

Но Сакура расцвела. Не без помощи Ино она из застенчивой плаксы, которая стеснялась своей внешности, превратилась в красивую и уверенную молодую девушку, которая без тени сомнений отрезала кунаем свои прекрасные волосы, защищая раненых друзей. Сама Ино тогда сидела в кустах, не разрешая Шикамару и Чоджи, ждущих только ее сигнала, вступить в бой.

То, что Ино отрезала свои волосы во время экзамена на чуунина, было полностью подражанием Сакуре. Ино не хотела ей уступать. Не хотела, чтобы подруга в чем-то ее превосходила - и состроила мастерскую ловушку из собственных волос, пусть тогда сражение и кончилось ничьей.

Сейчас волосы Ино отрасли снова. Она много старалась, чтобы прическа стала такой же красивой, как и раньше, делая маски для волос и ухаживая за ними так тщательно, как только могла. И теперь они снова были длинными. И мокрыми от дождя.

- Сакура, - проговорила Ино, и ее голос дрогнул - то ли от холода, то ли от сдерживаемых слез. А может, Ино уже плакала, когда шла по улицам без цели. Она не замечала. Она думала о другом.

Где-то в глубине дома Харуно уютно свистел чайник. Ино подумала, что очень хотела бы выпить горячего чаю. Или кофе. Чего угодно, лишь бы это было горячим. Может, Сакура ее угостит - не прогонит же она ее, в конце концов. Они уже не соперницы... Или Сакура до сих пор считает Ино таковой?

Но Харуно посторонилась, пропуская подругу внутрь, и Ино зашла, наслаждаясь тем, как тепло квартиры окутало ее тело после холодного дождя.

- Сакура, я...

Яманака не знала, чем объяснить свой приход. По сути, она пришла поплакать на плече у Харуно, которую все еще считала своей подругой - единственной подругой, так как обычно Ино предпочитала дружить с парнями, в частности с Шикамару и Чоджи. С девушками Ино сближалась реже, потому что те либо конкурировали с ней, либо завидовали ее красоте. Ино не любила, когда за ее спиной плетут интриги, и в лицо улыбаются, а за глаза говорят гадости, а девушки часто поступали именно так. В этом плане дружить с парнями было проще - те всегда честно и прямо говорили, если что-то их не устраивало. Сакура тоже была не такой подругой, которая стала бы сплетничать за спиной или строить козни. Сакура ведь тоже тогда честно сказала "теперь мы соперницы", и ушла, а Ино так и стояла посреди парка в растерянности, чувствуя себя отвергнутой. За это, в конце концов, и обиделась. Иногда думала, что специально завоюет сердце Саске-куна назло Харуно, но потом и это прошло.

Все проходит, любая боль, любое отчаяние. Отчаяние и боль Ино после потери Асумы-сенсея не пройдет окончательно, нет, это горе останется с ней на всю жизнь, но со временем сгладится и перестанет так остро колоть сердце, превратится в светлую печаль, а вспоминать учителя будет уже не больно - воспоминания не будут разрывать грудь, а станут теплыми и даже приятными. Теоретически Ино это понимала, практически - она еще никого не теряла. Смерть была благосклонна к ней и не забирала ее родных и друзей. Асума-сенсей стал первым, кого потеряла Ино.

Сколько еще будет потерь, Ино старалась не думать. Все они - шиноби, и смерть - их постоянный попутчик. Все они ходят по краю лезвия. Не исключено, что в скором времени Шикамару и Чоджи будут уже оплакивать ее, Ино, гибель. Или она - их. Кто знает, что случится завтра и кого следующим придется хоронить. Сначала - Третий Хокаге, потом - Асума-сенсей... Ино невольно задавалась вопросом, кто погибнет потом, и это пугало ее до дрожи.

- Сакура, - тупо повторила Ино, глядя куда-то в пустоту, а потом расплакалась, закрыв лицо руками - прямо посреди прихожей дома своей подруги. Больше она ничего не могла сказать - рыдания рвались из ее горла, и получалось только громко и горько всхлипывать, но сдерживаться Яманака не пыталась. Ей была необходима разрядка. Нельзя носить горе в себе постоянно, потому что оно снедает человека изнутри. Сакуре просто не повезло быть свидетелем истерики Ино.

Отредактировано Ino Yamanaka (2018-12-28 06:13:53)

+2

6

не плачь,
слезы это не игрушки

Сакура ждала. Всегда ждала, даже когда надежды не было. Она всегда ждала, что вот-вот подруга простит ее и постучится в дверь. Она хотела вернуть то беззаботное детство, когда они были вдвоем против всего мира. Да, она понимала то, что сама оттолкнула подругу от себя. Глупой была, и маленькой еще. Не понимала, какое это счастье - иметь друзей. Мы соперницы, звучало в ее голове, сорвалось с ее губ. Соперницы. И много ли это принесло? Что это вообще дало кроме двух обиженных друг на друга людей? Да ничего. Уже после ухода Саске девушка очень хотела прийти в цветочный магазинчик Ино и вымаливать у нее прощения столько, сколько потребуется. Гордая, конечно же. Дура, а не гордая.

Сакура надеялась. Всегда надеялась, что будет еще один шанс. Шанс вернуть все на круги своя. Хотя бы в этой сфере своей жизни она могла не жечь мосты? Как же хотелось повернуть время вспять и сказать совсем другие слова. Хотелось заткнуть ту маленькую девочку, обнять подругу и сказать, что вот это все совсем ничего не меняет, что все будет по-старому. Все будет хо-ро-шо.

Сакура верила. Всегда верила, что Ино поймет и сможет ее простить. Она смотрела, наблюдала, как меняется ее подруга после экзамена на чуунина. Она смотрела, как меняется она сама. Всегда они шли вровень, всегда на одной планке. Она всегда будет горько жалеть о порушенной дружбе.

А сейчас. Сейчас ее подруге нужна была помощь. Ее, Сакуры, помощь. Ино все повторяла и повторяла имя куноичи, не в силах сказать еще хоть что-нибудь. Наверное, стоило случиться чему-то по истине ужасному, чтобы Ино вот так пришла к Сакуре. Почему всегда чтобы что-то поменять нужна чья-то смерть? Кого они все будут хоронить в следующий раз? Тсунаде-шишо? Джирайю-сама? Какаши-сенсея? А может быть, следующим будет Наруто или она сама? Что, черт возьми, должно произойти еще?!

Все пройдет, время все излечит. Все душевные раны затягиваются со временем. Рана от ухода Саске затянулась. Но сейчас, сейчас очень больно. Нет ничего больнее смерти близкого человека.

-Сакура, - в последний раз повторила Ино и зарыдала.

Зарыдала так, как не плакала никогда на памяти Сакуры. Громко, сильно, по-детски. Боль Ино рвалась из нее наружу, окрашивая дом Сакуры в черные цвета. Боль Ино рвалась из нее наружу, чтобы она смогла снова освещать путь своим белым теплым светом. Боль Ино рвалась наружу, чтобы наконец оставить ее.

-Ино, боже...

Сакура подошла и обняла свою подругу так крепко, будто снова обрела потерянную давно сестру. Она хотела разделить ее боль, унять, утешить, спасти от разъедающей ее изнутри тоски по учителю.

-Все хорошо, - шептала Сакура. - Все хорошо. Я рядом.

Дождь за окном почти закончился, оставляя небо ясным. Солнечные лучи робко выглядывали из-за туч, чтобы согреть и высушить влажную землю. Посреди прихожей дома Харуно стояли две девушки, обнявшись, побеждая боль.

ходит лето по подушке
ты его в ладони спрячь

+2

7

» побудь еще немного моим другом
побудь еще хотя бы в мыслях моих рядом «

Холодно до сих пор. Плечи дрожат, но не от того, что Ино замерзла, хотя ей холодно до сих пор. И страшно. Еще никто не умирал у нее на глазах, тем более - близкий ей человек. Асума-сенсей был ей почти как отец, и, потеряв его, Ино вдруг с ужасом осознала, что никто не вечен. Ее родители... Ее друзья... Она сама... Все они смертны, все они могут погибнуть от руки врага, а враг силен. Бессмертен - она помнила, какими были Хидан и Какузу. Страшными. Невозможно сильными. Не бывают шиноби настолько сильны. Даже Какаши-сенсей не справился. И Асума - тоже. Благо, что их всех тогда не перебили. Благо, что Акацуки куда-то торопились и не стали уничтожать юных чуунинов, хотя могли это сделать, наверное, одним пальцем. Ино было страшно тогда - и когда она торопилась, подгоняя Чоджи, опасаясь, что они могут не успеть, и когда она видела врагов, чья мощь поразила ее, и когда она видела, как гаснут огоньки жизни в глазах учителя - как огонек сигареты, которую тот попросил прикурить в последний раз. И Шикамару плакал.

Ино трудно сдержаться, но когда Сакура шагает к ней, когда она обнимает ее, крепко, как будто не было между ними соперничества, не было глупой ссоры из-за парня, не было даже сражения на экзамене, которое закончилось ничьей - ничего не было, были только Ино и Сакура, Сакура и Ино, две лучшие подруги. Сакура уже не та девочка, что плакала из-за своего широкого лба. Она изменилась, она повзрослела, она расцвела. А Ино не изменилась. Она что в детстве была задиристой и самоуверенной красавицей, что сейчас. Ино не проходила стадию самокритики, заранее не сомневаясь в своей красоте. Но сейчас, прямо сейчас, в эту секунду - Ино менялась. Она понимала, что отныне станет нежнее и внимательнее, заботливее по отношению к товарищам, как и завещал ей Асума-сенсей, умирая на руках у своих учеников.

А еще Асума-сенсей сказал, чтобы Ино не проиграла Сакуре, не подозревая, что больше всего Ино хочет завершить сражение между собой и Харуно. Прекратить постоянное соперничество из-за любой мелочи. У Ино не было сестры - никогда, но, когда они с Сакурой дружили, Ино воспринимала ту сестрой. Настоящей сестрой, более близкой, чем другие ее немногочисленные подруги.

И теперь Ино плакала именно на плече Сакуры - просто уткнулась носом в ее шею и плакала, громко, по-детски, со всхлипами, прижимаясь к Харуно так, как прижималась бы к настоящей родной сестре.

Но слезы высыхают. Любые слезы когда-нибудь высыхают. Разумом Ино понимала, что ей пора успокоиться, чтобы ее слезы не перешли в настоящую истерику. Истерики Яманака хотела меньше всего. Она затихла, все еще по инерции всхлипывая, но тихо и не так сильно. Но она не разнимала объятий с Сакурой, нуждаясь в той, как никогда раньше. Почему Ино не пришла просто так? Почему ждала, чтобы Сакура одумалась и пришла мириться первой? А если бы там вместе с Асумой-сенсеем погибла и Ино, потеряв все шансы исправить то, что хотела? А если бы еще раньше, во время экзамена на чуунина, погибла Сакура? Нельзя откладывать на потом. Шиноби всегда ходят по лезвию ножа, рядом со смертью. В следующий раз потери могут быть еще больше. Еще невосполнимее.

Дождь, что до того стучался в окно, затих - дожди тоже не вечны, как и слезы. Небо перестало скорбеть, и посветлело, пропуская робкие солнечные лучи между облаками. В прихожей дома Харуно тоже стало светлее, и Ино отпустила Сакуру, утирая глаза тыльной стороной ладони. Теперь ей было немного совестно за то, что она пришла утешать свое горе именно сюда. Но... больше некуда. Шикамару и Чоджи скорбели точно так же. К Саю зайти было и вовсе невозможно - он назвал ее красавицей, хороша же она будет перед ним, если появится вся в слезах!

- Все... нормально, - сказать, что хорошо, язык не повернулся. Ино вдруг поняла, что мокрая одежда противным холодком липнет к телу, и волосы тоже мокрые насквозь, да и вообще - она сильно замерзла. Однако просить сухую одежду у подруги ей не позволила то ли гордость, то ли совесть. Ино сюда никто не звал, и никто здесь ее не ждал, особенно со слезами и истериками. Но Сакура все же позволила Яманака выплакаться, даже не стала кричать на нее, чтобы та прекратила истерику - просто утешала, пока Ино изливала свое горе.

- Мне лучше, - проговорила куноичи, поправляя волосы, что все еще были собраны в хвост. - Спасибо. Я просто... не знала, куда мне идти. Хотя, ты знаешь, я хотела прийти к тебе. Просто так. Не по поводу смерти Асумы-сенсея. Ох, Сакура, это так... странно, что ли. Я привыкла, что он есть, что он всегда рядом, что он поддерживает нас с Шикамару и Чоджи, направляет, учит тому, что знает сам... А теперь его нет и никогда не будет. Вообще. Это ужасно. А я не успела. И я еще не слишком хороший ирьёнин. Возможно, если бы я тренировалась усерднее, смогла бы его вылечить. А я не смогла. И когда он умирал... Он говорил с нами. Говорил с каждым из нас. И ты знаешь, что он мне сказал? - Ино криво улыбнулась. - Чтобы я тебе не проиграла. Ни в дзюцу, ни в любви. А Шикамару плакал. Я впервые видела, как он плачет. Вообще раньше не видела, как плачут мужчины, - Ино говорила много и сбивчиво. Это тоже должно было излиться из нее, подобно слезам. Яманака и так была эмоциональной, а смерть учителя и вовсе прорвала в ней плотину, выпуская наружу все тщательно хранимое внутри.

- Но знаешь, я не хочу больше с тобой соперничать, - Ино утерла глаза еще раз. - Ни в дзюцу, ни в любви. Это изначально было глупо, как ты думаешь? Все наши ссоры и даже драки. В смысле, что я хотела сказать... не люблю я Саске-куна. И по-настоящему вряд ли когда-то любила. А ты сама решай... Я просто подумала, что могу не успеть помириться с тобой.

+1


Вы здесь » crossreality » Мы творим историю » and I will try to fix you