На Хоте - холод, который с трудом переносят даже таунтауны. Звери, привыкшие к местной температуре, мерзнут поздним вечером, когда на планету опускается постепенно ночь. Джин шумно выдыхает, изо рта идет пар даже после того, как на базе “Эхо” наглухо закрыты все ворота. Обогреватели работают через задницу, теплая куртка спасает с трудом. В жилых отсеках все же дела идут лучше. Можно хотя бы спать в легкой одежде. Под толстым одеялом. Одним, два ей не даст никто - и так почти не хватает. Джин все равно не будет жаловаться вслух. Не доставит никому такого удовольствия. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Герои недели # 51 // лучший эпизод

Информация о пользователе

Мы тебя заждались, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.

Ты знаешь, что на небе есть такие звезды, свет от которых идет к нам два с половиной миллиона лет, когда он начал свой путь, тут шастали динозавры. Вселенная настолько велика, что всё, что может произойти, происходит постоянно.

crossreality

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossreality » Оконченные истории » гоблинская биология


гоблинская биология

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://s7.uploads.ru/VDgPc.jpg

http://sd.uploads.ru/Aw97Q.png
http://s9.uploads.ru/8zSXy.png


гоблинская биология
Спок, Леонард МакКой, Джеймс Кирк
звездолет Энтерпрайз, второй год пятилетней миссии

«Травмы не обнаружены. Однако гормональный фон и соматическое состояние говорят о возможных перепадах настроения, типичных для подростка. Диагноз: половое созревание.»


◈◈◈ Сюжет: ◈◈◈
Некоторое особенности вулканской биологии бывают смертельны, особенно если твоя планета мертва, ты находишься на звездолете на дальних рубежах известного космоса, а еще ты обладаешь опасным для самого себя упрямством.

+1

2

Спока вполне устраивало то, как был распланирован его день. Это был алгоритм, который он лично сам разрабатывал годами, учитывая каждую минуту своего времени. Спок прекрасно понял, что, если потерять хотя бы секунду в безделье, то можно назвать себя ленивым. Если учитывать каждую минуту, то можно добиться идеального баланса между работой и личным. Личного было мало, вернее, тех нескольких часов, что он проводил в медитации или чтении хватало, чтобы назвать себя полноценным вулканцем. Но в это утро все шло наперекосяк. Все началось с того, что он совершил ужасный поступок - он проспал! Джим, перед которым Спок начал извиняться и обещать не совершать подобные проступки, лишь рассмеялся и обещал наказать его по всей строгости устава, а потом добавил, что коммандер может сильно не спешить, если плохо себя чувствует.

Плохо ли он себя чувствовал? Спок провел практически полчаса в позе для медитации, прислушиваясь к своему собственному организму. Плохо ли ему было? Он не понимал, что произошло, почему за столько лет службы на флоте организм его подвел? Именно эта мысль вывела его из себя, что он, схватил чашу с ароматическим  маслом и свечами, швырнул ее с неким удовлетворением в противоположную стену. В один момент, его словно обдало жаром и одновременно чуть не свело в судороге от холода. Спок едва встал на ноги, понимая, что его действительно трясет в лихорадке. И это была не простуда, а нечто другое, что вызывало в нем раздражение и ярость.

- Быть этого не может, - Спок оперся о свой рабочий стол и посмотрел на дрожащие пальцы, которые нестерпимо хотелось сжать в кулак и просто выпустить пар обо что-нибудь жесткое. - Капитан, кажется, я действительно приболел.

- Не беспокойтесь, Спок, оставайтесь в постели. Если хотите, Боунз к вам зайдет.

- Не надо!

Спок выключил связь и отбросил коммуникатор в дальний угол своей комнаты. Меньше всего ему хотелось, чтобы кто-то увидел коммандера Спока в таком странном состоянии. Пользуясь оборудованием, что он лично хранил в каюте, Спок даже взял у себя первичную пробу крови, но она не выявила у него никаких вирусов, которые могли бы так повлиять на общее состояние и выбить его из колеи. Словно он обычный человек, который проспал на работу и даже встал не с той ноги. А Спок реально встал не с той ноги и был зол на весь мир. Еще несколько часов Спок провел за компьютером, изучая уцелевшую вулканскую библиотеку в поисках болезни, которая могла бы его так скосить. Где-то к этому времени у Спока началась мигрень, которая была похожа на обруч, который нестерпимо сдавливал ему голову, что хотелось просто забиться под одеяло и выть от безысходности. Для него оставалось лишь одно - пройти все круги унижения перед медицинским персоналом.

Именно в медотсек Спок и направился, стараясь добираться туда самыми окольными путями, не желая сталкиваться с сослуживцами. Сегодня у медиков было тихо, если не считать пациентов, которые получили незначительные ссадины, когда их нехило так тряхнуло буквально вчера при скачке. Маккой был со своими работниками, кажется, обсуждал чью-то медкарту. Дождавшись, пока медсестры оставили Маккоя в покое, Спок подошел к нему:

- Добрый день, доктор Маккой. Вы не могли бы мне дать что-нибудь.... от головной боли? - Спок с трудом проглотил ком, внезапно вставший у него в горле, а потом дрожащей ладонью вытер пот со лба и сам ужаснулся этому факту. - Да, именно от головной боли.

+3

3

Это была по настоящему тихая смена. Не происходило ничего сверхъестественного, выходящего за рамки обычных корабельных будней и его не слишком ловкого экипажа, готового почему-то в любой момент получить травму. Особенно инженеры, следующие за безумными идеями своего предводителя, не обладающего хоть какими-то представлениями о собственной и чужой безопасности. Но помимо пары нерасторопных бедолаг со ссадинами от вчерашней "воздушной ямы" их никто с самого начала смены не посетил.
А после этого Боунз занимался нелюбимой, но обязательной работой по заполнению медицинских карт экипажа. Это было скучное и довольно однообразное занятие, навевающее сонливое оцепенение, которое приходилось периодически стряхивать, проходясь по отсеку, заказывая в репликаторе очередную порцию мерзостного чая или еще более отвратительного кофе, проветривая таким образом голову, разминая устающее от одной позы тело и давая отдых глазам. После дцатой карты, в которой нужно было проверить прививки и свериться с датой последнего медосмотра, а так же не забыть обо всех особенностях инопланетного организма, МакКой осознал, что помнить всех членов экипажа не по фотографиям, а по списку заболеваний и онтогенезу. Такими темпами он перестанет воспринимать людей как людей, а начнет видеть в них только анализы, списки травм и прививок, дату последнего посещения, в общем - работу.
Впрочем, в его ведение были личности, которых он узнавал уже по тому как они дышат, - Джим чего только стоит, - были и те, кого он предпочитал у себя не видеть, - опять же Джим, но так то все у кого есть хоть зачатки медицинского образования, - а так же были поразительно здоровые и пунктуальные, вот Спок к примеру. За последний месяц - ни одного обращения с жалобами, да вообще ни одного, которое не следовало бы за высадкой или очередной неприятностью. Идеальный пациент, проходящий все вакцинации, медосмотры и исполняющий предписания. Правда, иногда ему нужно было доказывать, что процедура логична и необходима, но хоть не сбегал в процессе особо активно.
Впрочем, когда через пару часов это остроухий заявился в лазарет, МакКой был вынужден пересмотреть свое умозаключение. Отправив медсестру дальше разбираться с картами их андорианких служащих, Боунс внимательно осмотрел нежданного пациента.
Спок выглядел напряженным. То есть еще более напряженным и зажатым чем был обычно, что с одной стороны могло означать что угодно, а с другой - вообще ничего не говорило. И с вот этим "мало ли зачем он сюда пришел" разбираться придется быстро, качественно и желательно до того как они начнут спорить.
МакКой удивленно глянул на повторяющегося, потеющего и выглядящего просто жалко Спока. Было огромное желание проехаться по тому, что компьютеры тоже болеют, но не в медотсеке и не при таких откровенно напрягающих обстоятельствах. Потому что компьютеры не болеют, они ломаются, и в них можно заменить детальки. В Споке детальки заменить удастся с трудом.
- Головная боль, говоришь, - Боун цепко схватил пациента за плечо и потащил к биокровати, - ложись. Сейчас посмотрим какая у тебя головная боль.
У вулканцев не болит голова. Как минимум за последние годы, годы!, совместной службы тот не обращался с таким заявлением без веской причины ни разу. А значит спокойный день переходит в фазу "очередная катастрофа". Как там говорили еще пару веков назад? Если утро началось хорошо, то вечером жди беды. Кажется, рано МакКой радовался спокойствию и слишком громко думал о скуке.
Пока Спок укладывался на кровать, Боунс поднял глаза на панель с основными показаниями, в который раз проклиная смешанную физиологию. Если нет открытых ранений, а Спок молчит, то полагаться приходилось только на чудо. Потому что учебников по медицине Спока конечно никто еще не написал.
- На что жалуетесь, мистер Спок?

+3

4

- Я ведь сказал! Я пришел за лекарством от мигрени, мистер Маккой!

Спок попытался вывернуться из хватки Боунса, но на миг ему даже показалось, что все его мышцы превратились в какой-то кисель. На Спока нахлынуло странное и почти забытое воспоминание из детства, когда он действительно болел. Вулканцы не подвержены земным заболеваниям, вернее, у них есть схожие простуды, но не более. У вулканцев выше сопротивление всяким вирусам. Но Спок был полукровкой, его юный организм еще формировался, когда в одном из путешествий его застигла банальная простуда, вынудившая проваляться почти неделю в постели. Это было отвратительное и мерзкое состояние, почти такое же, какое было и сейчас. НаСспока вместе со слабостью в миг накатила агрессия. В голове зародилась неприятная мысль проехаться по заботливому лицу корабельного доктора, но коммандер лихорадочно прогнал эту мысль. Спок не перечил докторам: соблюдая устав, он исправно и во время проходил все медицинские осмотры и даже сам фиксировал свои показатели в карте. Раньше, если у него и случался какой недуг, он вполне обходился или медитацией, или знаменитым вулканским нейромассажем, или стимуляторами, которые хранил у себя в каюте. Но сейчас ему не помогала даже банальная таблетка от головы, так что пришлось идти за лекарством в медотсек.

- Разве я не достаточно доходчиво объяснил вам то, что у меня болит голова? Я не исключаю, что во время последней экспедиции подхватил какой-то вирус, хотя карантин работал исправно и компьютер не показал наличие каких-то патогенов.

Спок дернулся, пытаясь встать, но тут же тяжело вздохнул, понимая, что проклятие кушетки были снабжены автоматическими фиксаторами, не позволявшими буйному пациенту шевелиться во время осмотра или каких-нибудь сканирующих медицинских мероприятий. Обязательный пункт, включенный в программу медицинских кушеток сейчас вызывал лишь раздражение, потому что вулканец чувствовал себя беспомощным. Так что Спок поспешил изобразить на лице некое спокойствие, хотя последнее время у него это выходило достаточно сложно. Посмотри на себя со стороны, Спок бы понял, что превратился в какого-то нервного параноика, словно бы не спал неделю точно, а то и больше. А ведь у него всего лишь болела голова. И от этого просто хотелось убивать всех, кто умудрялся раздражает его даже взглядом. И это чувство пугало Спока сильнее, чем шанс подхватить какую-то инопланетную простуду. Он был сам не свой, будто бы выпал из системы, матрицы.

- Так что я не против, если вы проведете дополнительные исследования, - снисходительно добавил Спок.

Ему не терпелось сделать две вещи - вернуться в строй и... возможно совершить какой-то необдуманный поступок. Его внутреннее спокойное "я" буквально разрывалось на куски, в голове Спок перебирал тысячи вариантов того, что могло его так сильно выбить из колени. Так некстати и пришли воспоминания из далекого детства про болезнь. Тогда же он вспомнил и девочку, с которой его обручили родители. Он видел ее всего раз. Она исправно писала ему, но это были письма официозной вежливости, которыми они обменивались много лет. Но теперь все погибло - весь его мир. Это вызвало холодную вспышку ненависти и гнева, от чего лицо Спока искривила почти гримаса боли. Он дернулся сильнее, желая вывернуть эти нейрофиксаторы из кушетки с корнем, пойти куда-нибудь в спортзал и выместить эту злобу хоть на чем-нибудь.

А потом на Спока словно вылили ведро холодной воды. Когда так долго живешь среди людей, то часто или отказываешься от своих потребностей, или забываешь о них, или живешь совершенно по другим правилам. В душе Спока очень противоречиво умещались две натуры. И он сам чувствовал, что вулканская сторона в нем берет верх. Именно о ней он в повседневной суматохе почти забыл. Пока Боунс занимался каким-то манипуляциями, явно недовольный и обеспокоенный буйным пациентом, который до этого был ну просто образцом для подражания среди всех, кто проходит обязательные медосмотры.

- Мистер Маккой, что вы знаете о вулканских брачных циклах?

Вопрос прозвучал внезапно, поэтому Спок, понимая, что затрагивает весьма интимную часть жизни любого вулканца, предпочел отвести взгляд куда-то в сторону, например, туда, где суетились над пациентами медсестры и даже попытался посчитать лампочки на потолке. Осознание того, что с ним происходило сейчас становилось весьма неприятным моментом.

+3

5

Вспышки раздражения и невероятной говорливости МакКой не потревожили. Скорее только убедили в том, что с его пациентом все плохо. Всегда смирный и логичный вулканец даже пытался дернуться и сбежать! Вот это настораживало сильнее всего.
- Ну, спасибо за разрешение, - МакКой мимолётно глянул на Спока и снова уткнулся в показатели, пытаясь понять, что вообще происходит.
Происходила какая-то несусветная ерунда. Даже для вулкано-человеческого гибрида состояние Спока было поразительно неправильным.
Пока его пациент предавался пустому сотрясанию воздуха и изображал из себя смирного, но злого пациента, МакКой подтянул портативную мини-лабораторию к койке и вогнал в руку Спока катетер, сцеживая кровь. Оставалось только надеяться, что та скажет о состоянии Спока больше, чем он сам о себе и показатели сканирования. Вставив пробу крови в центрифугу и запустив ее, МакКой задумался.
Итак, что он знал? Боль в голове, слишком высокое давление крови, высокая опять же температура, повышенная доза адреналина и еще парочки десятков гормонов, общий дисбаланс в организме, нервозность. Ярко выраженные эмоции от их такого логичного, сдержанного и сухого коммандера? Да только по одной этой причине можно было сказать, что что-то было сильно, очень сильно не так. И ожидать стоило худшего. Самого худшего, что вообще может быть.
Впрочем, при таком состоянии его эндокринной системы вообще удивительно, что он еще о чем-то может думать. Человек бы при таких показателях и скачках давно бы загнулся. И это только подтверждали показатели первичного анализа крови, которые ему выдал компьютер. МакКой был в ужасе и совершенно не знал, что это такое и как с ним бороться. Вирус, мутация, паразиты, облучение, это заразно?!
- Что?
Внезапный вопрос, вырвавший его из деятельной паники, когда он пытался получить от бортового компьютера и медицинских баз хоть како-то результат, а лучше полный, точный и прямо сейчас, застал его врасплох и вызвал глубокое удивление. О чем это безумец вообще говорит?
- Спок, я думаю, сейчас не время для подобных бесед.
Общаться еще и о пестиках и тычинках по-вулкански не хотелось вообще. Да и циклы? Они что, дикие животные? Но, в общем, какая разница. МакКой отмахнулся от забавной мысли, где их зеленокровый старпом отращивает себе ну хотя бы хвост и уши и летит сквозь космос в сторону Нового Вулкана, чтобы там оставить потомство с какой-нибудь столь же ушастой и хвостатой вулканкой. Или вообще идет и осчастливливает кого-то из команды своей компанией, а потому у него, МакКоя, появляется проблема в виде одной беременной девушки и одного обязанного жениться вулканца.
Но стоило только взглянуть на резко успокоившегося и показательно не смотрящего на МакКоя Спока, как все напускное веселье и раздражение схлынули.
- Ты ведь не серьезно, да?
Потому что если да, то у них проблемы. Что делать с впадающим ну хотя бы в гон вулканцем МакКой не знал.
Потому, пожалуйста, пусть это будет очередным проявлением этого безумия, означающим, что Спок научился шутить.

+3

6

Ну действительно, что человеку знать о сложностях, которые может создавать вулканский организм!

Вулканцем быть сложно.

Именно так Спок рассуждал очень давно, когда еще совсем маленьким мальчиком стал осознавать окружающий его мир, сводного брата и вечно недовольно отца. Тогда человеческая натура все чаще брала в нем верх. И именно эту натуру выжигал отец, стараясь воспитывать его исключительно методом нравоучительного кнута. Сколько раз Спок убегал в пустыню и проводил там ночи в компании своих своих слез, обид и глубокой ярости, которой не знал ни оправдания, ни выхода? Эти воспоминания и ощущения остались в далеком прошлом, но сейчас, когда Спок лежал на кушетке в медицинском отсеке и чувствовал себя несколько униженным из-за собственной слабости, он внезапно вспомнил это чувство.

Оно было похоже на горячий липкий ком, который разрастался где-то в груди и требовал выхода. Хотелось кричать и доказывать свою собственную правоту. Это ощущение несколько ужаснуло Спока, но в тоже время он внезапно осознал, что это будет даже правильно, если дать выход своей ярости. Спок словно чувствовал, что это принесет некое облегчение, если он даст выход эмоциям. Это было неправильно, но в тоже время было похоже на приторный вкус шоколада на языке. Спок дернулся, и сбил ногой небольшой столик с инструментами, которые со звоном рассыпались по полу, напугав медицинский персонал. Он попытался встать и стал выдирать трубки и катетеры, через которые Маккой, казалось, литрами выкачивал его кровь. Глупец, неужели он думал, что Спок уже сам не проводил анализы на наличие вирусов в организме?

- В очередной раз убеждаюсь, что земная медицина некомпетентна и... бесполезна, - процедил Спок и попытался встать.

Он дернулся несколько раз, вспоминая про нейрофиксаторы и протоколы безопасности во время медосмотров, что вызвало в вулканце лишь дополнительную вспышку гнева. Он что маленький ребенок, который боится уколов, чтобы его фиксировали? Спок пошарил свободной рукой по столику рядом с койкой, отключив фиксатор, а потом встал и еще раз с наслаждением пнул начищенный до зеркального блеска поднос, который минутой ранее опрокинул. Подумав, Спок поднял с пола небольшой скальпель, зажав его в кулаке. Холод металла принес ему некую удовлетворенность и успокоение.

Конечно, люди его совершенно не понимали. Куда им до понимая столько тонкой и высокой натуры вулканца? Куда им до понимая биологии вида, который выше их на целую ступеньку эволюции во всех смыслах слова?

- Если бы я не знал о ваших талантах, то давно назвал бы самым некомпетентным врачом, - процедил Спок, поглаживая большим пальцем лезвие скальпеля. - Я уже сделал все анализы крови. А к вам, доктор, я пришел исключительно за средством от головной боли.

Спок еще раз зачарованно посмотрел на скальпель на то, как выступила кровь на большом пальце. Конечно, люди не понимали его. А ведь Спок намекнул, сказал слишком много, чем ему вообще было положено. Люди не понимают вулканцев. Стоит вспомнить капитана, который спаривался с каждой красивой женщиной, как животное. И большинство землян такие же. Им не понять, насколько у вулканцев это личный и интимный ритуал. Но Спок прекрасно знал, что его невеста мертва. И, даже если он попросит отца найти другую, за это время он сам может умереть. А весть себя, как землянин... нет уж, увольте. И стоило вспомнить капитана, как тот нарисовался на пороге. Спок удивленно замер. Конечно, он представлял собой не самую лучшую картину морального образа офицера флота, если учесть погром за спиной и скальпель в руке.

- Капитан, почему вы не на мостике? - тихо прошипел Спок. - Вы что забыли о своих прямых обязанностях? Только не говорите, что и у вас разболелась голова!

+3

7

Спок заболел. Нет не так. Спок ЗАБОЛЕЛ. Вот именно что большими буквами. Такого никогда не бывало. Да, его ранили, но что бы он именно болел ни с того ни с сего. Никогда на памяти капитана такого не случалось. А ведь он вулканец, его биология отличается от человеческой. Например простая простуда, что может казаться человеку обычным делом, может быть чем-то очень серьезным. А как лечить вулканца...? Доктор Маккой должен знать, он ведь умеет все, он гениальный доктор. В этом убеждал себя Кирк уже столько времени, с тех самых пор когда услышал болезненный голос своего старшего помощника. Но он был погружен настолько, что не слышал и не замечал ничего вокруг. Персоналу приходилось несколько раз повторять, что бы дозваться до Джима, который в очередной раз ушел в себя и даже не думал возвращаться.

- Капитан...Капитан Кирк? - настойчивый и в тоже время вежливый голос Сулу выдернул его из раздумий, пару секунд Кирк глядел в него в недоумении пытаясь быстро придать своему лицу выражение "да-да я слушаю" и при этом вспомнить, что же тот ему говорил.

- Что такое Сулу? - сдавшись, с легкой улыбкой спросил Кирк, надеясь что все таки ничего не пропустил и что в нему обращались именно в сей момент.
- Ничего такого капитан. Просто...я подумал, быть может Вам нужно отойти? - намек рулевого не сразу дошел до Джима, но заметив его явно говорящий взгляд, воображаемая лапочка догадливости зажглась над светлой головой капитана.
- Да, действительно. У меня появилось одно срочное дело, и оно не требует отлагательств. Спасибо, что напомнили мистер Сулу. Примите мостик. - После этих слов, Джим поднялся с кресла и очень старался обычным (а не почти бегом) шагом дойти до турболифта. И как только двери закрылись за ним, он уверенно скомандовал "медотсек". Как только, он прибыл на место, то сразу же отправился к кабинету Маккоя, вряд ли Спок уже успел от туда сбежать.

Вшух-вшух, двери открылись. И увиденное несколько шокировало капитана. Там царил некий погром. Его старший помощник с довольно удивленным выражением лица (которое быстро становилось раздражительным) держал в руках скальпель. А Маккой, кажется тоже прибывал в удивлении.
- Мостик я оставил на мистере Сулу. И что у меня по Вашему голова не может болеть, мистер Спок.?- довольно невозмутимо произнес Джим, хотя на самом деле почувствовал укол совести за то что буквально сбежал с мостика, оставив все на Хикару. Но ситуация обычная, клингонов на горизонте видать, самая что ни на есть скучная смена. Ничего не произойдет, если капитан будет некоторое время отсутствовать. Снова оглядев вулканца с головы до ног, Кирк так бочком-бочком прошел к Маккою, и как ни в чем не бывало спросил:
- Что с ним, и что здесь произошло? Вы что повздорили? Ваши споры это уже дело обычное, но вот такое... - кивнув на раскиданные вещи, Джим продолжил. - Случается редко. - Посмотрев на Спока, капитан протянул руку, если эмоциональное состояние его старпома не стабильно, то может лучше не давать ему острых предметов? Хотя, почему то Кирк более чем уверен в том, что в каком бы ни был Спок состоянии, он вряд ли причинит ему вред. Довольно наивное и самоуверенное суждение, учитывая что в самом начале их знакомства, зеленокровый швырял его по панелям и едва не задушил. Но с тех пор многое произошло, да и гипо Маккоя всегда при нем.

- Прошу отдай мне скальпель. Что ты с ним вообще собрался делать, Спок? - откинув в сторону официоз, ибо при Боунсе можно, уже более мягким тоном, скорее даже шутливым спрашивал Кирк, надеясь тем самым разрядить обстановку. Ибо она как-то совсем напряглась. Очевидно, что Споку плохо, и что он находится в крайне раздражительном состоянии, вопрос это Боунс его довел, или это спровоцировала именно головная боль? Скорее всего последнее, ибо когда у Джима самого голова болит, то периодически появляется желание прикончить кого-нибудь лишь бы остаться в тишине и покое.

+2

8

Поведение Спока откровенно пугало. Это был не их привычный стоик с повернутыми на уставе и логике мозгами.
Этого Спока МакКой не то что не узнавал, а даже в некотором роде боялся. У него было слишком живое, недовольное и переполненное яростью лицо. Слишком резкие движения и слишком мало столь привычной сдержанности в поведении. Что может натворить гибрид, ведомый несдержанными желаниями, МакКой не хотел даже предполагать. Это была одна из тех мыслей, который и наводили панику, и охлаждали голову одновременно. Переживать он может потом, а сейчас надо что-то сделать с явно неадекватным коммандером, пугающим не только его, но и гораздо более впечатлительный персонал медотсека.
Махнув рукой медсестрам, чтобы успокоились, но держались в стороне, МакКой обратил пристальное внимание на крушащего все вокруг Спока. Предстояло вспомнить все, что он знал о ксенопсихологии и поведении с психически неадекватными пациентами. А так же найти гиппошприц с дозой транквилизатора только и специально для вулканцев, подготовленный на всякий случай еще при столкновении с Нарадой, а после привычно обновляемый. Он конечно надеялся, что это случай никогда не случится, да и сейчас не пригодится, но здоровая паранойя и врачебный опыт говорили о том, вероятность обойтись малой кровью не то что бы высокая, но достаточная для того, чтобы вытащить свой последний аргумент на свет божий.
- Спок, при всем моем уважении к вашим достижениям в науке, вы не врач. - МакКой отшагнул от приборов и Спока, сжимающего скальпель. На кой ему сдался скальпель уточнять не хотелось, а МакКой как-то не верил, что тот действительно применит его по прямому назначению - разрезать плоть. Не свою, желательно, конечно. Помимо опасения мелькнула досада. Его великолепная коллекция раритетного медицинского оборудования, выставленная на обозрение любопытным медсестрам и врачам, выла уронена, пнута и теперь запачкана чужими руками, а возможно и зеленой кровью, никогда не виданой ими. - А потому давайте о степени вашего здоровья буду говорить я? Тем более, если уж вы так любите устав, то давайте вспомним и медицинские протоколы, ясно говорящие, что я должен убедиться в том, что не убью вас, дав вам обезболивающее.
Пока он привычно спорил со Споком, пытаясь впасть в привычную им колею общения, вывести на логику и поведение, напомнить о том, как они вообще должны существовать на этом корабле, чтобы не случилось анархии и разграбления морфия, МакКой продвигался ближе к своему столу, в ящике которого хранились все его личные запасы гиппо на разные случаи жизни, вроде аллергии Джима или банального похмелья. Там же был и "последний аргумент" для общения со Споком.
Появление Джима было как нельзя кстати. В этот момент, когда напряжение между ним и коммандером, казалось, начало искрить, как минимум натягиваться, явился их бравый и безбашенный капитан, способный унять Спока. Ну, по крайне мере МакКой на это надеялся.
- Не надо все с больной на здоровую голову валить, Джим! - зашипел раздраженно он на приблизившегося друга. - С тем коктейлем гормонов, что по недоразумению зовется его кровью, я вообще удивлен тому, что он не истерит как беременная женщина, которой не дали съесть обои!
МакКой передернул плечами, почувствовав себя чуть более уверенно. Ну если его и попытаются убить в припадке ярости, то как минимум Джим успокоится нетипично ведущегося себя Спока. Вот, уже пытается все в шутку свести, может и получится у него. В конце концов, сам МакКой в жизни бы не попытался так заговорить со гибридом, если бы только это не было вопросом жизни и смерти. Конечно, еще не совсем ясно чем закончится нынешняя ситуация, но раз есть Джим, то они что-нибудь придумаю. Наверно.
Зажав в кулаке гиппо, МакКой прищурился, взглянув на вулканца и капитана, стараясь не отвлекать их хотя бы сейчас, пока не успокоили вооруженного и нестабильного пациента с нечеловеческими физическими возможностями.

+3

9

Действительно, зачем ему скальпель?

Скальпель ему нужен, чтобы получить мимолетное удовольствие, пустив кому-нибудь кровь.

Ярость, ненависть, которая, словно бы копилась в нем долгие годы, сейчас, спустив все тормоза, требовала выхода, выброса.

И, к своему удивительному состоянию, Спок даже не хотел этому противиться, понимая, что только это и может принести покой.

Богатое воображение, приправленное гремучей смесью гормонов рисовало упоительную пасторальную картину того, как стерильно-беленький медотсек Маккоя окрашивается в красные цвета вместе с его формой и лицами всех милых медсестричек. Несмотря на то, что он был полукровкой, люди его часто раздражали. А сейчас Спок людей ненавидел. И ненависть эта была логически обоснована. Почему все эти люди решили, что знают его хорошо, чтобы давать советы? Почему эти люди решили, что могут решать его судьбу? Почему они думают, что ему лучше сидеть, лежать или стоять, когда он сам хочет уйти, закрыться в каюте и потребовать у всего необъятного космоса, чтобы его оставили в покое.

Именно для этого ему нужен был скальпель.

Спок логично предположил, что чужое кровопускание принесет ему то самое должное успокоение, которое он не мог получить по множеству причин, среди которых самым главным был взрыв Вулкана, погубивший его невесту, а также то, что экстренно замену ей в глубоком космосе он никак найти не может.

Тем не менее, всплеск адреналина, понесший за собой приступ агрессии и злобы, словно бы сошел на нет, отхлынул, как волна, разум прояснился. От этого рука Спока задрожала, и он выронил скальпель с отвращением, продолжая стоять так, будто бы не понимал, куда попал. Он не обращал внимания на слова Джима, на оскорбления доктора, на которые следовало бы ответить с достоинством. Спок пытался выровнять собственное дыхание, сердцебиение, понимая, что ему действительно стоит взять отгул, закрыться в каюте и попытаться победить свое собственное тело медитациями.

- Если вы попытаетесь уколоть мне успокоительное, Боунз, я сломаю вам руку. В двух местах, - наконец спокойно произнес Спок, даже не поворачиваясь в сторону Маккоя. - Поверьте, в моем нынешнем состоянии, я вполне могу это сделать без жалости и угрызения совести.

Он не видел движений Маккоя, в суматохе даже не слышал их. Он просто спиной чувствовал опасность, напряжение и мерзкий запах страха и адреналина. Захотелось даже криво усмехнуться, ибо выглядело забавно. Неужели люди первый раз видели вулканца в ярости? Неужели первые раз встречали такое, чему сами не могли дать отчета? Да Спок и сам не мог дать себе отчета, понимая, что если дальше будет спорить с людьми, то наломает дров. А из-за неконтролируемого желания секса терять должность не хотелось. Это было бы настоящим позором.

Уняв дрожь в руке, из которой выпал скальпель, Спок заложил обе руки за спину, повернувшись к Маккою с самым невозмутимым видом, на который он был подобен в этом состоянии. Люди кичились своими знаниями, считали, что поднаторели в ксенобиологии, но... как оказалось, они многого не знали. Возможно, Вулканской академии наук надо быть чуть более открытыми с землянами, чтобы не вышел еще раз подобный конфуз. Но и говорить о своих деликатных проблемах Спок тоже не хотел.

- Я так полагаю, что в своем нынешнем состоянии я не могу выполнять обязанности старпома. Так уж и быть, я с вашего позволения возьму больничный и использую какие-нибудь успокоительные доктор, - Спок сделал ударение на должности Боунза, а потом повернулся к ошалелому Кирку и спокойно добавил. - Если вы не против, капитан. Если вы сможете обойтись без меня несколько дней.

+2

10

Спок был не в себе, это очевидно. А Боунс, ну он был собой. Хотя кажется, эта была та самая ситуация когда нужно немного унять свой очаровательный южный шарм, и вообще не отсвечивать. Увидев сбившуюся кучку медсестер, Джим слегка кивнул им на сторону выхода. Нет, не потому что был уверен в том что коммандер может им как либо навредить, а потом что не хотелось что бы они видели его в таком состоянии. А следом бы попозли слухи. Разумеется их не избежать, но нужно было отгородить всех от ненужного стресса. Спок их оплот спокойствия и логики, и когда внезапно он "взрывается" это разумеется настораживает и пугает. Как крепко сжатый в руке острый древний скальпель. Нужно сказать Боунсу что бы перестал хранить свою коллекцию древних мед инструментов у всех на виду. Серьезно.
- Боунс.. - наверное его выражение лица было достаточно говорящим "тшшш". Встав между доктором и командером, Джим снова улыбнулся. Бесполезно просить успокаиваться, зачастую это просто бесит.

Боялся ли Джим своего командера? Нет. Ему уже довелось видеть его в ярости, ведь тогда сам его и спровоцировал. Да вулканец силен, и капитан не строил воздушных замков о том, что смог бы его одолеть его сейчас в рукопашную, может Кирк в этом не плох, но и лучшим не назвать. И тогда какое решение будет верным? Скорее всего оставить его в покое. Другим. Не ему. Увы. Просто так оставить друга в таком состоянии, которое неизвестно чем спровоцированно, все равно что взять и забить на проблему.

Тихий лязг, скальпель падает на пол. Это должно было заставить облегченно выдохнуть. По крайней мере никаких колотых и резанных.
- Хорошо, я не против. Но, ты можешь сказать о том, что с тобой происходит? - Что бы вулканец закидывался успокоительными? Звучит невероятно абсурдно, однако Джим не был уверен в том, что командер захочет отвечать. Быть может тогда Боунс все таки разгадает эту загадку. Что он там говорил, гормоны зашкаливают? У этого может быть десяток причин. Может быть стоит выпросить у вулканского начальства больше информации о их расе. К чему столько секретности после всего через что они вместе прошли? Этот вопрос относится и к Споку.

Но вулканец явно не желал делится с ними подробностями о своем состоянии, и просто молча да быстро покинул медотсек оставив всех в потрясении. Посмотрев на Боунса, Джим выдохнул и опустил плечи, док поймет, точнее знает и так без слов, о том что капитан не может не пойти за своим старшим помощником. На то и капитан. Ха-ха будто бы дело только в этом.

- Постарайся выяснить о его ситуации подробнее, и...прошу тебя как друг не указывай это пока в журнале, хорошо? - Надеясь на понимание Леонарда, Джим поспешил выйти что бы нагнать командера, пока тот не скрылся в турболифте. Думал что так просто отделается? Ха-ха, это значит что он все еще плохо знает своего капитана. В конце концов, он от тебя в варпе скрыться не смог, (пусть и не без сторонней помощи) Джим то его все равно нагнал, это и стало началом их отношений. Отступать и сейчас, Кирк не собирался.
Он просто шел за ним отставая на пару шагов, ибо почти кожей чувствовал его раздражение, сильно надоедать не хотелось, но как же тут без этого. В турболифт они зашли вместе, а когда он доехал, то за достаточно короткое время добрались до его каюты. Хорошо, что капитанский код открывает все двери, если прямо сейчас Спок надумает там запереться и не пускать. Но двери открылись, и оба зашли в помещение. Настало время для разговора по душам.

+3


Вы здесь » crossreality » Оконченные истории » гоблинская биология