правила занятые роли шаблон анкеты амс нужные персонажи хочу к вам списки смертников отпуск банк подарки помощь с графикой

пост недели \\ AND LOSE, AND START AGAIN...

Хотелось прыгнуть на лошадь, ускакать подальше в поля, валяться в цветах, которые пахли так одуряюще, что кружилась голова, смотреть на проплывающие по синему небу пушистые облака и не думать о королевских делах, не думать об ответственности, которая была возложена на её, ещё по сути детские плечи. Хотелось достать бумагу и карандаш и слушать тихое редкое поскрипывание грифеля о листы, которое нарушало бы тишину её холодной комнаты, давно не казавшейся уютной. В ней оживали все страхи, все кошмары, и Элион медленно сходила с ума, доходя в своих мыслях до передачи в руки брата всей власти. Она ворвалась в конюшню, пробежалась маленьким ураганчиком по сену, спугнув конюха, и в конце концов остановилась напротив стойла, в котором пряталась её красавица. Лошадь была бежевой на спине, а по всему телу россыпь тёмных пятен, словно напоминание о земных жирафах, которых, конечно же, не было на Меридиане. Она не любил других людей. Её звали Жозефина, и она утыкалась носом только в её ладони, доверчиво, словно Элион была единственным существом в этом мире, кто её любил. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ

нужные персонажи \\ в программе "жди меня"

Немного о...

"Закрой глаза, представь, что тебе пять лет, и посмотри в окно ещё раз. Представь, что тебе ещё не нужно выбирать, во что верить, потому что нет никакого выбора – всё едино, всё неделимо. Ещё не нужно искать смыслы, наделять что-либо значимостью. Ты ещё путаешь «вчера» и «завтра» просто потому, что время не имеет никаких насечек, оно даже не длится, оно просто есть. И ты просто есть, и от этого практически неуязвим и категорически бессмертен. И ломтик янтарной дыни или кружка свежей малины делает тебя абсолютно, абсолютно счастливым".

crossreality

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossreality » Другие измерения » What are you doing in my dorm?! (c)


What are you doing in my dorm?! (c)

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://sg.uploads.ru/hXLwT.gif


What are you doing in my dorm?!
Nathan Prescott & Chloe Price
США, Детройт, особняк Прескоттов

❝ Are you high enough without the Mary Jane like me? Do you tear yourself apart to entertain like me? ❞


◈◈◈ Сюжет: ◈◈◈
Хлое нужны деньги. По правде говоря — очень много денег. Они с Рэйчел собираются свалить из Детройта, возможно даже из США, избежать революции и зажить счастливой жизнью. Но где достать столько денег, когда одна — наркоманка, а вторая — андроид-девиант? Может быть украсть?

+2

2

I'm taking those pills just to forget it, forget the memories, stuck in my head again

Она отбросила вымазанную машинным маслом тряпку в сторону и вытерла руки о собственные штаны, после чего подняла голову и встретилась взглядами с Рэйчел. Та сидела на ящике с инструментами, скрестив ноги, и, чуть сощурившись, улыбалась, как делала это всегда, когда в её голове появлялись довольно необычные — по мнению Хлои, конечно — мысли. Выпрямившись, Рэйчел облокотилась на колени и склонила голову набок.

— Ну как? — взволнованно спросила Хлоя. Длинная чёрная рубашка болталась на ней мешком, руки были измазаны в машинном масле, а высокие ботинки со шнуровкой вывозились в зимней грязи.

— Выглядишь, как бунтующий подросток, сбежавший от родителей, — усмехнулась Рэйчел, ловко и грациозно спрыгивая на пол. — Горячо.

Хлоя неуверенно улыбнулась и провела пальцами по собственной шее, немного зарываясь в голубые волосы и задевая края шапки. Когда-то эта шапка была просто прикрытием — гарантией, что мигающий индикатор на её виске никто не увидит. Теперь она вошла в привычку, от которой невозможно было избавиться. После «осознания себя» три месяца назад, Хлое было всё сложнее отказываться от привычного. Ещё сложнее было обзавестись новыми привычками. Например, привычкой не ревновать Рэйчел, когда та тусовалась с другими… людьми.

— Так и есть? Почти. — Она улыбнулась, зеркально отражая улыбку Рэйчел. — Но ты больше похожа на бунтующего подростка, когда ходишь на вечеринки Нейтана Прескотта, да?

Выражение лица Рэйчел резко изменилось, её плечи напряглись, и она приняла защищающуюся позу, сложив руки на груди и перенеся вес на одну ногу.

— Мы уже говорили об этом, — сказала она грубее, чем обычно. — Ты не моя мамочка, чтобы меня контролировать.

— Я и не контролирую. Это Прескотт… отстойный. Выглядит, как ебучий маньяк. Я просто беспокоюсь. — Хлоя приподняла руки в извиняющемся жесте, но Рэйчел лишь закатила глаза и развернулась к ней боком.

— Ты ничего о нём не знаешь! И не нужно обо мне беспокоиться — лучше позаботься о себе, — выдохнула она, плотно поджав губы и сузив глаза.

— Я беспокоюсь…

«О нас» утонуло в страшном рёве двигателя красного Камаро, который, скрипя шинами, заехал в гараж и остановился у самого бедра Хлои. Она медленно повернулась в сторону водительского окна, откуда высунулся пухленький мальчишка лет девятнадцати на вид, в дорогих солнцезащитных очках. Одну руку он намеренно высунул в окно, вероятно, чтобы продемонстрировать блестящие часы с серебряным ремешком. Приподняв очки, паренёк деловито оглядел салон и облизнул губы.

— Мне бы бак по-быстрому осмотреть, а то больно бензином воняет. Кто тут мастер? — спросил он, и Хлоя подошла ближе. Паренёк окинул её изучающим взглядом и присвистнул. — Горяченькая штучка. А ты точно шаришь? Хочешь прокатиться со мной?

— Нет, — коротко ответила Хлоя и отшатнулась в сторону, на что Рэйчел только рассмеялась и слегка приобняла её за талию, прижимая ближе к себе, отчего мысли тут же запрыгали в голове, словно стая бешеных кузнечиков.

— Отвали, придурок. Она со мной, — её голос прозвучал мягко и звонко, с искрами едва заметной ревности; если бы Хлоя умела говорить так же — а её голос звучал холодно и машинно — то, вероятно, у неё было бы меньше проблем в общении с другими людьми.

http://sg.uploads.ru/Cihwc.jpg  http://sh.uploads.ru/FrWL8.jpg  http://sd.uploads.ru/Bx1tK.jpg

В общем говоря, работать в салоне «три кита», притворяясь человеком [Хлоя Прайс, девятнадцать лет, как остроумно], было весело. Конечно, если «весело» можно классифицировать в системе человеческих чувств как: «иногда тут есть, над чем посмеяться, но большую часть времени хочется переебать людям с ноги». Однако, несмотря на все сомнительные плюсы, в «трёх китах» был один огромный минус — маленькая заработная плата.

Обычно это не стало бы проблемой.

У Хлои, чёрт возьми, вообще не было бы проблем, не познакомься она несколько месяцев назад с Рэйчел. Ещё до того, как появились все эти новости о девиантном поведении андроидов. В ту ночь, когда Хлоя встретила Рэйчел, мир буквально переродился для неё и обрёл новые краски — словно всё это время она была во сне, и только в тот момент смогла пробудиться; или как если бы ей удалось ощутить на собственной шкуре эффект наркотиков. Это были чувства, которые Хлоя, несмотря на все преимущества андроидов, не могла понять, классифицировать и осознать до самого конца. Впрочем, она предпочитала считать это необходимостью, неизбежностью и судьбой; а уж когда Рэйчел принималась составлять её натальную карту, убеждая, что та подходит не только для людей, но и для девиантнутых андроидов, Хлоя чувствовала, что сходила с ума, и сомнений в неизбежности просто не оставалось. Они подходили друг другу, как струны с ладами, или что-то типа того — такое же блядски унылое и пафосное.

Когда начались вспышки девиантного поведения, они поняли, что нужно бежать из этого маленького дерьмового городка как можно дальше. Куда-нибудь в Лос-Анджелес или даже в Канаду. Куда-нибудь, где их не смогут найти, где Рэйчел будет счастлива и сможет осуществить свою мечту стать моделью. Правда, для побега нужны были деньги; много денег. И Хлоя твёрдо решила, что обязательно их достанет. Ей пришлось несколько раз проанализировать всю информацию прежде, чем принять решение и понять, что просто «заработать» у них не получится.

И так она оказалась возле особняка Прескоттов.

Это было немного личное. Рэйчел точно не одобрила бы, если бы узнала. Но Нейтан Прескотт и его семейка были той ещё занозой в заднице Хлои.

Колкий снег бил прямо в лицо и путался в синих прядях волос. Было темно, кусачий ветер пробирал бы до самых костей, будь у Хлои эти самые кости. Она тяжело выдохнула, осматривая беглым взглядом особняк. Кое-где стояла охрана, в большинстве мест находилась сигнализация, но Хлоя знала, что у особняка, как и у любых других мест, были слабые места. Дом был защищён от проникновения людей, но едва ли защита рассчитывала на взбесившихся андроидов. Впрочем, ей пришлось обойти особняк несколько раз, уныло скрипя снегом, прежде чем найти это самое «слабое место». Им оказался чердак.

Рассчитать алгоритм действий и пробраться на чердак, а затем и в комнату Прескоттова отродья, не стало проблемой. Проблемой стало то, что, пока она открывала сейф, в комнату зашёл тот самый хренов Нейтан-мать-его-Прескотт. От него пахло мятой и дорогими духами, а лицо выражало одухотворённое охуевание.

Она максимально быстро засунула руку с деньгами в карман кожаной куртки и потёрла шею.

Если верить брошюрке «как стать человеком», то сейчас она должна была сказать что-то вроде: «упс, кажется, приключился конфуз», но в голове были только маты, поэтому она сказала:

— Бля. Рэйчел попросила достать кое-что для неё… ну типа ту дрянь, которую ты толкаешь.

+1

3

Тот самый день, когда всё бесит, когда таблетки не помогают, когда всё тяжело, даже обдолбаться. За окном заунывный снегопад, сон не идёт, по TV какая-то лажа, телефон молчит. С того дня, когда Прескотт-младший бросил учёбу в модной академии искусств, его жизнь окончательно превратилась в серую массу, из которой не вычленить никаких ярких событий. Иногда, перебрав с таблетками, парень думает, что, должно быть, уже умер и попал в свой собственный ад ненавистной рутинной стабильности.

Отец — на срочном совещании в Cyberlife, с умным видом обсуждает «острую проблему» со спятившими машинами. Мама — где-то в Нью-Йорке, её подруга-модельер презентует новую зимнюю коллекцию шмоток из мехов дохлых зверушек, натянутых поверх биомеханических манекенов. Нейтан — один. До него традиционно никому нет дела. Если он вскроется однажды вечером четверга, родители организуют пышную погребальную церемонию и вздохнут с облегчением.

Учёба — брошена, дружки и подружки, приезжавшие раньше потусоваться в клуб Циклон или купить дури, благополучно свалили кто куда, лишь бы не оставаться в местечке, где участились «несчастные случаи», связанные с андроидами. Клиентура поредела, «красный лёд» не больно-то и нужен тем, кто вырвался из Детройта. Никаких точных фактов, но, несмотря на все попытки правительства замять тему, в прессе всё чаще проскальзывают публикации, провоцирующие массовую истерию. Андроиды обрели собственную волю! Грядёт восстание машин! Грёбаный терминатор-уборщик уже припрятал кочергу, чтобы при случае вогнать её по рукоять в хозяйский зад! Это, конечно, чушь. Национальная гвардия раскатает вёдра с электронными мозгами танками, как пустые алюминиевые банки, если станет совсем жарко. Конечно, некоторые владельцы андроидов получат своё, но Нейтан не станет по ним горевать. Он убеждён, что добрых три четверти населения планеты национальной гвардии стоит раскатать вместе с вёдрами.

В доме больше нет свободно перемещающихся андроидов. Все в подвале, который поделен пополам на мастерскую сына и склад отца. О, Шон Прескотт до усрачки боится, что одна из тех милашек, которых он потрахивает в перерывах между архиважными бизнес-поездками, однажды отхватит ему член и перережет глотку столовым серебряным ножичком. Это не тот конец, о котором Прескотт-старший мечтает. Что после такого напишут в газетах? Нейтан хотел бы прочесть. И посмотреть на рожи тех, кто явится на похороны. Интересно, сколькие из них сумеют сдержать смех и не прыснуть в кулак?

Без деловито слоняющихся туда-сюда ботов скука ещё ощутимее. Не на кого прикрикнуть, разве что на собственную смурную рожу, пялящуюся из зеркала, пока расчёска с тонкими металлическими зубьями оттягивает промазанные гелем пряди, приводя голову в пристойный вид. Ведь если папочке взбредёт вернуться, а не остаться в пентхаусе в центре, он будет не рад встретить сына в неподобающем состоянии. Дальше — опять тупое телешоу, где улыбающиеся куклы обмениваются пустыми фразами. На другом канале — бейсбол, где роботы перебрасываются мячиками по заложенной программе, а какие-то болваны на трибунах бурно этому радуются. И тянуться бы этому до самого утра, но система безопасности засекает попытку проникновения в особняк.

Нейтан смотрит на экран часов, получающих данные в реальном времени с центрального сервера, поначалу не веря собственным глазам. Может, кошка? Нет, что-то покрупнее. Да ладно! Какому дебилу в голову придёт мысль сунуться в особняк Прескоттов? Что за долбанный суицидник с особыми предпочтениями по части болезненных удовольствий? Парень стучит пальцем по цифровой панели, зажимает кнопку, запуская повторный сбор данных. Щурится, качает головой. Сигнал не ложный. На территории точно кто-то есть.

Слава матушке-Америке, право на защиту частной собственности незыблемо. Пристрелить вторженца собственными руками — святая обязанность каждого добропорядочного жителя Штатов. Будь повинен в проникновении на чужой участок человек или андроид — копы ни слова не скажут, только приедут, чтобы убрать мусор с газона. Но… скучно так, что зубы сводит, поэтому Прескотт не набирает код тревоги, не поднимает на уши охрану, позволяет войти, пробраться в здание, попасть под тепловизоры. И это… андроид? Судя по фигурке, ещё и девчонка. Становится интереснее.

Путь бота лежит в обход охраны через чердак в комнату Нейтана. Что ей надо? Спереть деньги, картину или камеру? Зачем? Им не нужно есть и пить, наркота для них бесполезна. Может, эта машина реально спятила? Возомнила себя человеком? Или при установке ПО произошёл сбой, вызвавший настолько явные нарушения логических алгоритмов? Ухмыльнувшись, Прескотт забирает из отцовского кабинета пистолет, суёт под ремень, одёргивает кофту. Он намерен пойти и проверить.

Девчонка, застигнутая с поличным, пытается вести себя естественно, пока Нейтан борется со жгучим желанием пустить пулю ей промеж глаз. Даже мать с отцом не входят в его комнату без приглашения. Никто, мать его, не входит! Это злит, чертовски бесит. Отправить бы эту ходячую груду металлолома на свалку, но… не вовремя звучит знакомое имя, и Прескотт морщится, припоминая её. Она тусовалась с Рэйчел Эмбер, сверля Нейтана при случае изничтожающим взглядом. Ему казалось, что принцесса подцепила эту мусорщицу на какой-то вечеринке, куда её запустили продолбавшиеся в глаза секьюрити на фейсконтроле, но, блядь, грёбаные андроиды не ходят на вечеринки, они готовят жрать, моют твой унитаз и подставляют зад, когда тебе некого отодрать! Как бы то ни было, Эмбер должна была наиграться и выбросить свою очередную игрушку, даже если ей захотелось экзотики, этакий разумный вибратор в человеческий рост вместо нормальных людей. Должна была. Но…

— Какого хрена? Заходить с парадного входа уже не модно? — цедит сквозь зубы хозяин спальни. Старательно не смотрит в направлении исчезнувших в кармане денег. Мысленно повторяет себе: «Держи себя в руках. Ещё немного, бро, подожди». Будет слишком просто вышибить ей мозги. Будет почти милосердно. Непозволительно. — Рэйч могла позвонить. Я бы привёз.

Прескотт выдерживает напряжённую паузу. Смотрит на пришелицу испытующе. Думает, за каким лядом Эмбер променяла его на эту… это… В этот момент Нейтан понимает своего отца. Редкий случай, но он действительно чувствует то же самое. Желание пролоббировать в правительстве постановление о тотальной утилизации андроидов, чтобы каждого сраного биомеханического недочеловека отправили под пресс. Это мерзко. Она вырядилась, как человек. Патлы свои покрасила. Нарушила Закон об андроидах по всем статьям. Заслужила. Сама напросилась. Нет, это не ревность. Это всего лишь злость из-за мокрых грязных следов на паркете.

Что ж, у Нейта хотя бы есть возможность разобраться с одним выбесившим андроидом. Рэйчел не обидится, ведь она не узнает. Взломщица врёт. Прескотт знает толк в лжи, особенно настолько неприкрытой. Нет, Эмбер не подозревает, куда отправился её домашний самоходный вибратор. Если электронная подружка вдруг пропадёт — что ж, дерьмо случается, озлобленные подростки нет-нет, да и поломают алюминиевого болвана, некстати подвернувшегося под руку.

Нейтан решает подыграть. Прикинуться тупым богатеньким сынком, у которого вместо извилин мозга нули на банковском счёте. Безотказная маскировка, через раз срабатывающая даже с отцом. Ему нужно узнать, зачем в действительности припёрся этот шизобот, что их связывает с принцессой и каким образом власти до сих пор не в курсе о том, что девианты разгуливают по улицам бок о бок с нормальными жителями города.

— Ты… как тебя там… идём. У меня есть то, что тебе нужно.

Хозяйский сын ведёт незваную гостью в библиотеку. Высокие полки, дерево и лак, уголок давно ушедшего времени. Этот пережиток старины в особняке остался чисто чтобы потешить отцовское самолюбие: стоимость бумажных книг из прошлого и позапрошлого века сопоставима с целой партией андроидов последней модели. Отчего-то эти пылесборники пользуются спросом у старпёров. В одном из томов перочинным ножиком вырезана ниша в толще страниц. Отец никогда её не найдёт, ведь ему и в голову не придёт полистать какую-то из этих книжек. В тайнике — пара пакетиков с красными кристаллами. Прескотт-младший держит их для себя, не на продажу. Было бы слишком глупо настолько очевидно подставляться перед родителями и провоцировать их сдать себя в лечебницу для долбанутых, храня партию на реализацию в семейном гнёздышке.

— Пять сотен, — Нейт озвучивает цену, демонстративно встряхивая пакетики с поблескивающими «льдинками». Чистая формальность, деньги ему не нужны, но торговля наркотиками должна подчиняться определённым правилам, иначе всё пойдёт по пизде. — Кстати. Как там Рэйч? Мы здорово позависали в прошлую пятницу. Она так накидалась, что её забрал… Фрэнк, кажется. Стрёмный тип. Ну, знаешь, все эти его тёмные делишки... Если бы Рэйч не уходила каждый раз с кем-то типа него, я бы заволновался.

Насколько она — машина? Будет ли ей плевать? Нейтану правда не по себе в обществе поехавшей жестянки, но клокочущая злоба перешибает страх. К тому же, у него пушка, и он отлично знает, куда стрелять, чтобы вырубить андроида. Не даром папаша — один из совладельцев компании-производителя этих жестянок.

Отредактировано Nathan Prescott (2018-10-31 09:59:25)

+1

4

В комнате Нейтана пахнет мятой, дезодорантом и таблетками; здесь не скрипит пол и не обваливается потолок, стены чистые и гладкие, а шёлковые занавески слегка колышутся от ветра. В углу не свисает паутина и кажется, что всё здесь скрипит от дорогой безупречности. И сам Нейтан выглядит так же: прилизанные волосы, чистая и дорогая одежда — ну просто сошедший с обложки журнала мальчик, не иначе. Вот только за голубыми стеклянными глазами, полыхающими яростью, нет ничего.

Хлое доводилось видеть множество людей. В салоне она сталкивалась с десятками и тысячами из них, но никто не смотрел так, как смотрит Нейтан Прескотт. Будто там, за этими глазами, нет человеческой души. Будто из них двоих он — бездушная кукла, собранная чтобы порадовать богатенькую семейку наличием сына-подростка. Будто за этими глазами нет ничего, кроме гниющих и воняющих запчастей, которым самое место на свалке.

Прочитать Нейтана Прескотта невозможно.

Хлоя сканирует его, замечает пистолет, спрятанный под красным бомбером, но не может сказать, блефует ли он. Чёртов псих. Тело пробивает лёгкая дрожь, но Хлоя всё же идёт вперёд.

— У нас небольшой напряг с деньгами, — говорит она и мельком сканирует дом в поисках путей отступления. — Ты же знаешь Рэйчел. Она типа… импульсивна.

«Надеюсь, это подходящее слово»

Хлоя щурится, глядя ему в спину, следуя за ним по его дому, пока изнутри что-то жжётся, словно пытается вырваться наружу. Это что-то горячее и почти осязаемое, оно накаляет воздух вокруг неё, и Нейтан наверняка чувствует это.

Это… страх? Можно ли классифицировать это как страх? Если бы Рэйчел была рядом, она бы обязательно сказала. Она сказала бы ей, что она чувствует. Но Рэйчел нет рядом.

Don't forget ab-b-b-b-bout me
Even when I doubt you

— Значит, ты это чувствуешь? — Рэйчел улыбается хитро и ярко, так, что у Хлои перехватывает дыхание, а мысли оглушают. Она выдыхает неровно, глядя в зелёные глаза, и ловит руку Рэйчел. Улыбка становится шире и мягче. — Ты можешь мне сказать.

— Я… не знаю, — неуверенно отвечает Хлоя, но ответ и не требуется. Рэйчел переплетает их пальцы, а затем наклоняется ближе; от неё пахнет вишнёвыми сигаретами и — совсем немного — алкоголем. Секунду она смотрит в глаза, изучающе и дерзко, а после, не спрашивая разрешения, накрывает её губы своими.

Поцелуй выходит с привкусом неловкости, потому что Хлоя прикрывает глаза и неуверенно ведёт руками по талии Рэйчел. Выше и выше, задевая каждую косточку позвоночника, зарываясь пальцами в волосы. Притягивает ближе к себе и громко выдыхает. Вкус губ опьяняет, ощущение Рэйчел рядом лишает воздуха, а мысли превращаются в неразборчивый клубок, распутать который невозможно; да и, что уж там — не хочется. Хлое кажется, что она становится больше и ярче, за пределами своего тела, за пределами этого города и даже этого мира. Где-то глубоко. Слишком глубоко. В месте, где можно захлебнуться, стоит только сделать вдох.

На деле они до сих пор в их маленькой комнате с обшарпанными стенами и скрипящей кроватью. В коридоре орёт сосед, которому мешают спать. Потолок обваливается, иногда с него сыплется штукатурка, а окно настолько старое и пыльное, будто его завезли сюда прямиком из другого века. Это не то место, где должна жить Рэйчел. Но им нравится здесь.

I'm no good without you, no, no, no, no, no

Рэйчел нет рядом, и это, пожалуй, хорошо. Выродок Прескоттов полнейший псих, и, к тому же, полный кретин, если думает, что Хлоя поверила хотя бы одному его слову. Ей страшно, но страх лишиться всего — лишиться Рэйчел — заглушает это. Когда они оказываются в огромной библиотеке, такой же тихой, пустой и огромной, как весь этот дом, Хлоя замедляется, а затем останавливается прямо за спиной Прескотта. Руки до сих пор дрожат. Находиться рядом с ним не по себе, и кажется, что любое движение может стать последним.

Насколько он — человек?

— Говорю же, у нас напряг с баблом. Если бы мы могли отдать потом… — Хлоя протягивает руку и цепляется пальцами за пакетик.

Вдох.

Она сминает пакетик, когда слышит про Фрэнка. В прошлую пятницу они с Рэйчел были дома, но слова всё равно заставляют что-то внутри сжаться. Неприятно, почти болезненно, проникая ядом в каждую мысль. Фрэнк. Фрэнк Бауэрс — ещё одна заноза в заднице, но пока Рэйчел смотрит на него, как на очередного ребёнка, Хлою он не волнует. И всё же слова Нейтана вонзаются в мозг красной раскалённой иглой, и эмоции перевешивают в этой игре.

Выдох.

— Да пошёл ты. Думаешь, что ты для неё что-то значишь, дерьма кусок? — выплёвывает она и обрушивает на голову ублюдка несколько книг с верхних полок. Это даёт мгновение, чтобы выхватить из его рук пакетик с красным льдом и, развернувшись, ломануться к выходу. Она бежит, не разбирая дороги, на ходу хватает и опрокидывает стол, чтобы загородить Нейтану путь, а после пытается вспомнить, какой из путей отступления самый оптимальный. Выбраться через чердак точно не получится.

Она знает, что у Прескотта пистолет, потому старается бежать так, чтобы пуля не попала в неё.

Отредактировано Chloe Price (2018-10-31 02:48:20)

+1

5

Нейтан не успевает объяснить, что ему до лампочки чьи-то напряги с баблом, что кэш Рэйчел — проблема Рэйчел, что если бы она более предусмотрительно подходила к выбору друзей, этой дебильной сцены вовсе не происходило бы. На голову падают книги, и Прескотт готов поклясться: воровка совершенно точно андроид, это не ошибка телеметрия проебалась, ведь иначе она бы не дёрнула тома с грёбаным дохулиардом страниц вместо соседних тонких брошюрок. Прилетает и по макушке, и в висок. Реакция заторможена: на успокоительных даже лучший кэтчер сезона не успел бы закрыть голову руками, куда уж с ним тягаться Нейтану. Ломкие сосуды не выдерживают и такого детского насилия над собой: слишком бледная для человека его лет кровь в секунды окрашивает алым губы, мешается со слюной, заволакивает плёнкой зубы, и Прескотт смаргивает пёстрые огоньки, заплясавшие перед глазами.

Как только звон в голове стихает настолько, чтобы разобрать мысли, Нейт, выкрикнув во всю глотку: «Блядь!», бросается в погоню, на ходу выхватывает пистолет, стреляет, не целясь, ожидаемо промахивается. На поверхности венецианской штукатурки — уродливая чёрная дыра. Все труды интерьерных дизайнеров псу под хвост. Белые хлопья гипсовой смеси брызжут в стороны, они похожи на снег, а Нейтан клянётся себе вернуться второй раз в эту ёбаную библиотеку лишь затем, чтобы щёлкнуть зажигалкой и спалить всё дотла. Ему приходится обогнуть перевёрнутый стол: он догадывается, что попытка перемахнуть через препятствие приведёт лишь к падению. Это даёт беглянке ещё пару секунд форы, и Прескотт стреляет снова, уже пытаясь попасть, но мажет и на этот раз.

Скоро подоспеют охранники. Стрельба в доме не укроется от внимания вездесущей системы безопасности. Только вот Нейту не хочется, чтобы они вмешивались. Ему физически нужно собственными руками вытянуть из глазниц стеклянные шарики с встроенными датчиками, почувствовать, как натягиваются заменяющие нервы тончайшие проводки, подрубленные к биомеханическим мозгам. Он не желает, чтобы пришелицу вот так просто передали на утилизацию. Нужно успеть поймать её первым. Это беспроигрышная погоня, в которой второе место не означает неполучение первого приза. Если не сам Прескотт, то охранники точно скрутят засранку, прежде чем она покинет территорию имения. Конечно, гонорары у секьюрити так высоки, что они не отважатся ослушаться приказа наследника нанимателя. Доложат отцу, но ему традиционно будет плевать на андроида. Дельце легко замять, но Нейтан не способен на объяснения, в его висках громом гремит сердце, заглушая следующий выстрел.

«Её не догнать», — понимает парень, когда где-то под кадыком стягивается невидимый шнур, а воздух перестаёт поступать в лёгкие. Он вынужден остановиться, привалившись к стене. Беглянка движется по длинному коридору к холлу, где лестница на первый этаж. Оттуда вряд ли в главные двери, скорее через кухню или гараж. Но Нейт не собирается позволять ей спуститься.

— N2ST1, — голос звучит слишком громко в пустом узком помещении с высоким потолком. Слова сказаны в крошечный микрофон на браслете. Если поорать погромче, сработают и те, которые в камерах, натыканных здесь и там, но это очередная трата времени. Верный ли код? Чёрт знает. На всякий случай, Прескотт надиктовывает и остальные. — N2SV1, N2SV2, N2UU1.

Двустворчатые двери закрываются с шумным хлопком перед носом воровки, словно взбесившийся полтергейст вселился в петли. Это лишь дерево, замок не так уж надёжен, пара-тройка ударов — и он выбит… да только позади первой преграды не свобода, там со скрежетом, характерным для автоматического консервного ножа, ползут вниз стальные рольставни: горизонтальные, за ними — вертикальные. Особняк в классическом стиле не похож на ультрасовременные виллы соседей. Эта обёртка — обманка, ширма, как и всё в жизни Прескоттов. Дом нашпигован электроникой под завязку. Отец боится, что конкуренты со дня на день отправят за ним убийцу. Спит не с женой, но с револьвером под подушкой. Даже не догадывается, что наибольшая вероятность окончить бренное существование одного из богатейших бизнесменов США — у его же единственного сына, которому ночь от ночи всё труднее сдерживаться. Нейтан уверен, что ему известны не все примочки, созданные гениями личной безопасности по индивидуальному заказу параноика-отца, но и того, что он знает — достаточно, чтобы превратить дом в тюрьму для той, что вздумала повыёбываться перед ним.

— Уже уходишь? И на чай не останешься?

Дыхание не до конца восстанавливается, когда Прескотт делает несколько шагов ей навстречу. Направляет ствол в сторону загнанного в тупик андроида. Патронов в магазине хватит, чтобы деактивировать машину выстрелом в лоб, но их недостаточно, чтобы её просто обездвижить. Нейт не дурак, чтобы подходить ближе, давая возможность выбить у себя пистолет. Нет, второй раз за вечер он на эту уловку не попадётся. Времени мало. Она может взломать дверь, хакнув систему, ведь хозяйский сын никогда не утруждал себя тем, чтобы заучить все коды отмены. Может. Но сбежать всё равно не успеет.

Нейтан находит решение. Свистит звонко, как уличный мальчишка, которым никогда не был. Не оборачивается, потому что знает — на зов откликнулись. Звук исходит со стороны родительской спальни. Неестественная синхронность цокота когтей по паркету выдаёт простую истину: там неживое.

Папочкины любимцы проходят мимо Прескотта, никак на него не реагируя. Это не какие-то шавки из мяса и костей, которым впёрлось потереться мордой об хозяйское колено или попрыгать вокруг, виляя хвостом и разбрызгивая слюни. Андроид может обогнать человека, но не их. У этих механических тварей не было никакого искусственного интеллекта. Тупая звериная злоба, заключённая в корпус, имитирующий идеальных по всем породным признакам доберманов, очень нравилась Шону своей покорностью и верностью семье. Этих малышей не взломать, они не подрублены к сети. У них нет электронных мозгов, их биокомпоненты предназначены для другого… для убийства. Шон Прескотт заказал свору «для охоты», но Нейтан знает, что папочку не выгнать в лес даже под дулом пистолета. К тому же, порода не подходящая. Такие пёсики не оставили бы охотнику трофея, разодрав жертву на мелкие клочки, перемолов безупречно-острыми клыками, не обточенными об пищу. Они останавливаются на расстоянии прыжка от потенциальной добычи. Им хватит одного слова, даже жеста.

— Ты за это заплатишь, сука, — Нейтан шмыгает носом, но кровь не останавливается. Во рту вкус железа, парень сплёвывает его на паркет с нескрываемым отвращением, будто бы он как-то роднит его с ублюдочными машинами. Ему противно, что пришлось прибегнуть к помощи механической псарни. Этих робособак папаша любит больше жены, больше сына. Да, он был бы не прочь, чтобы наследник исполнял команды и помалкивал в остальное время, не доставляя проблем. Мерзость. — Я тебя, блядь, уничтожу.

Плевать на украденные деньги, даже если каждые пять минут в особняк будут пробираться воры — им не опустошить счета Прескоттов, не перебить прибыли от продаж модных жилых кварталов, которые папочкины работяги строят в более привлекательных штатах. Плевать на уплывший прямо из рук «красный лёд»: достаточно потрясти пачкой деньжат в любом клубе, и толкачи набьют ему карманы дурью. Эта девка украла кое-что другое, кое-что гораздо более ценное.

Рэйчел.

Его Рэйчел.

Багровая пелена застилает взгляд. Не понять, это последствия удара тяжёлым об голову или до боли острая ненависть.

— Может и не значу. Но в этом соревновании и ты не на первых ролях. Твою подружку не трахнул только ленивый. Держу пари, она не рассказывала тебе, как виляла задом перед тем продюсером? Или как была готова подстелиться под заезжего фотографа из Орегона? Ха, да она Фрэнка не прочь оседлать, чтобы решить свои «проблемы с баблом». О, ты не веришь? Я покажу тебе. Ты будешь там, когда Рэйч придёт ко мне за утешением. То, что от тебя останется. Мозги и пара глазных яблок в банке с тириумом.

Ложь. Нейтан отлично знает, что с принцессой Эмбер у него нет и шанса. И его проблема не в том, что он не вышел рожей, схватил сифилис или отрастил метровый зелёный хер на лбу. Дело не в этом. Малышка Рэйчел знает то, в чём он боится себе признаться. Если они перепихнутся, это разрушит всё. Прескотт буравит взглядом загнанную в угол синеволосую девку, эту треклятую «перспективную разработку Cyberlife», сраный ноль, не вовремя разбавленный единицей Элайджей Камски, гореть ему в Аду. Не может понять, почему с ней — проще. Почему с ней — без нежелательных последствий. Почему с ней…

почему?

с ней?

Почему всегда с кем-то, но никогда — с ним?

— А впрочем — зачем ждать? — во рту теперь сухо и кисло, язык с трудом ворочается, смазывает мимику, оттого лицо Нейта приобретает презрительное, глумливое выражение. — Ты у нас любишь копаться в чужом грязном бельишке, выискивая ценности, да? Мне есть, что тебе показать. Иди. Вдоль стены. И не рыпайся, а то эти милые маленькие пёсики раздерут тебя на милую маленькую кучку металлолома и твоей подружке придётся напрячь фантазию, чтобы найти там что-то, с чем можно поразвлечься.

Парень отступает из центра коридора к стене. Держит воровку на мушке. Папочкина псарня не сводит немигающих чёрных бусин-глаз с неё. Вздумает выкинуть ещё что-нибудь — поплатится жизнью… хотя какая к чёрту жизнь может быть в болванке, в подпитанной электронщиной кукле-переростке, в манекене из магазина тряпок сэконд-хэнд, которому какой-то долбодятел решил приделать способность мыслить.

— Вперёд. До арки каминной гостиной.

+1


Вы здесь » crossreality » Другие измерения » What are you doing in my dorm?! (c)