В нелегком деле революции одним из главных ингредиентов всегда было терпение. Не стоило торопиться и принимать поспешных решений, когда на кону стоял успех твоего властвования. Один неверный шаг мог стоить всего; и меньшее – жизни. Нежить сложно напугать казнью, но лишиться репутации и последнего шанса без особого труда взять целый мир в свои руки – вот что было страшно, и этот страх велел осторожничать. К счастью, проповедница была так ослеплена любовью, что не была способна обнаружить обмана. Доррис не ждала подвоха: она была уверена, что чувства архидьякона к ней искренние и сильные – такие же, какие испытывала она. И Ройсу это начинало даже нравиться. Доррис боготворила его и слушала каждое слово с еще большим трепетом, чем прежде. Такая преданность никого не могла бы оставить равнодушным, и Ройс исключением не стал. В какой-то момент он задумался, не позволить ли Доррис сопровождать его в новой жизни. В конце концов, иметь под рукой человека, считающего тебя своим божеством, было безумно приятно. И все-таки архидьякон не был уверен, что проповедница, являющая собой поразительное воплощение честности и искренности, примет тот факт, что влюблена в предателя. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ





Вселенная. Ты посмотри — это же с ума сойти. Ты знаешь, что на небе есть такие звезды, свет от которых идет к нам два с половиной миллиона лет, когда он начал свой путь, тут шастали динозавры. Вселенная настолько велика, что всё, что может произойти, происходит постоянно.
Все самые свежие новости кросса собраны в выпуске еженедельника от 22 апреля. Бегом собирать Яйца бесконечности honk~

Информация о пользователе

Мы тебя заждались, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.

полезные ссылки

crossreality

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossreality » Оконченные истории » Tear of the Goddess


Tear of the Goddess

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Tear of the Goddess

https://68.media.tumblr.com/94cf6ba0c97737500668f1d9a108b79f/tumblr_o9v1q5HCYg1sarywjo1_500.gif

✔ В главных ролях:
Anna Valerious, Shieda Kayn (Dracula)


✔ Время и место:
маскарад в Будапеште, ночь Хеллоуина


✔ Сюжет:
Анна ждет своего спасение. Но сможет ли она действительно вырваться из рук векового чудовища, у которого на девушку давно свои планы?

+2

2

Анна никогда не забывала о своем Предназначении. Эта клятва была дана не ею, не ее братом и даже не ее отцом, но каждый из рода Валериус делал все возможное для того, чтоб исполнить предначертанное. Несколько веков назад предок Анны дал клятву убить короля вампиров ― графа Дракулу. Этот человек давно погиб, а клятва перешла на его потомков. Но сейчас главной причиной было не обещание, данное ее предком. У цыганской принцессы были свои причины ненавидеть Дракулу и желать его смерти. Из-за него она лишилась брата. Да. Решающий удар Велкану нанес не Дракула, а Ван Хельсинг, но то чудовище уже и не было ее старшим братом.

И как же невыносимо видеть врага перед собой и не иметь возможности не то что лишить его жизни, но и сделать что-либо по собственной воле. Она не понимала, почему Дракула или его Невесты  не убили ее сразу. Более того, Анну насильно опоили каким-то сладко пахнущим травяным настоем (видимо, именно его действие и подавляло ее волю), а потом нарядили в бальное платье и сделали сложную прическу. Спасибо, что не в полупрозрачное нечто, как у Невест графа. Анна вообще терпеть не могла платья и считала их жутко неудобными, отдавая предпочтения штанам и рубахам. Сейчас ей казалось, что Дракула специально выбрал для нее такой наряд ― в качестве насмешки.
Анна не могла нанести Дракуле вред или хотя бы сбежать с этого жуткого бала, но прекрасно все осознавала. Вместо того чтоб спасать свою жизнь, Валериус послушно позволяла вести себя в танце.
Глаза вампира напоминали глаза хищного зверя. Впрочем, он таковым ми являлся. Но Анне роль загнанной в ловушку жертвы казалась унизительной. Но что она могла сделать? Только ― не терять достоинства. Даже в роли марионетки.
― С таким же успехом ты мог сразу меня убить, ― спокойно и уверенно заявила Анна, смело глядя в глаза врага. Если Дракула ожидал, что она сломается, будто плакать и просить пощады, то он глубоко ошибся. ― Ван Хельсинг никогда не согласится на этот обмен. Я для него ― всего лишь малознакомая цыганка.
Ей действительно было любопытно, почему вампиры оставили ее в живых. Неужели действительно считают, что Ван Хельсинг отдаст им создание доктора Франкенштейна? Или… у них для дочери цыганского короля уготована иная роль?
Краем глаза Анна заметила отражение в огромном, на всю стену,  зеркале. Дракула решил в качестве очередной насмешки показать ей, что она ― единственный человек среды присутствующих на балу?

+1

3

[nick]Count Dracula[/nick][icon]https://i.imgur.com/gIYq24H.jpg[/icon]
Для него мир не первый раз рассыпался в прах. Что весь этот маскарад? Красивая обертка, мишура, маски и наигранное веселье - пройдет век, другой, время все пожрет, обратит в прах. Обратит все, кроме самого графа Дракулы. Он давно перестал замечать то, как меняется мир вокруг него. Все было покрыто льдом, лед сковал даже его самого. Сквозь эту холодную призму время было быстротечно, так что граф не любил следить за тем, как медленно ползут стрелки часов. Он привык брать свое здесь и сейчас. Он не смел отказывать себе самому в маленьких и даже больших желаниях. Дракула жил во всех смыслах этого слова, он пропускал мир через себя, словно он был призрачным эфиром. Граф понимал, что он давно вышел за рамки даже бессмертного существа, ему суждено было стать проклятием рода человеческого - ведь он заключил сделку с сами дьяволом, который дал в его руки невообразимую власть. Но, как оказалось, сам Дракула с веками утонул в том, чего на самом деле не ожидал - в скуке.

Именно тогда у него появилась цель. Даже существование этих безмозглых куриц, коих он сам снисходительно именовал женами, ибо они прекрасно скрашивали его холодные вечера - обрело смысл. Дракула больше не хотел находиться в вечной тени этого скудного мира. Он хотел, чтобы этот мир заполонили и его дети, чтобы они своим существованием напоминали всем о том, кого некогда называли Колосажателем. Его имя было непростительно забыто, его именем сейчас пугают лишь детишек, а он вынужден прозябать в собственном проклятии.

Но как там было сказано? Дракула всегда брал то, чего страстно желал.

- А кто вам сказал, Анна, что я собираюсь совершать обмен? Я знаю Ван Хельсинга слишком хорошо, чтобы догадаться, что он тоже не пойдет на сделку... как и я! - граф хищно улыбнулся, сжав девушку в своих объятиях, продолжая кружить в танце, держа в руках, как послушную куклу.

Ему хотелось укусить ее, обратить. Она была бы венцом его личных творений. Не безмозглая красотка из сотни тех, что он уже держал в объятиях. Его проклятие, его рок - кровь от крови тех, кто столько веков охотился на "знаменитого вампира". Дочка цыганского короля могла бы стать настоящей королевой вампиров - самый достойный из его выбора. Соблазн был слишком велик, что граф едва сдерживал свои низменные позывы, чувствуя себя юным и истощенным вампиром, которого манила тонкая кожа прекрасной девушки. Но граф ждал главного гостя, как аперитив на этом празднике. Габриэль не придет, если эта фарфоровая кукла будет сломана главным злодеем, так что Дракула лишь потянулся, скользнув клыками по коже. Анна была в его власти - одурманенная, послушная.

- Или вы сами передумаете возвращаться назад с этого прекрасного и шумного праздника, дорогая Анна? Бежать вам больше некуда. Я пережил боль утраты и нуждаюсь в такой, как вы, замене.

+1

4

Кровь текла по венам и шумела в висках, и если охотник не поторопится, то очень скоро она остановит свой бег. Умирать Анне не хотелось. Только не так. Не послушной марионеткой в руках у короля вампиров, а в бою. Но Дракула решил не предоставлять ей  такого шанса. Анна могла бы справиться с любой из невест Графа, но он оказался слишком силен. Она все еще пыталась бороться с влиянием, стараясь отмечать детали в костюмах танцующих. Пожилой мужчина в синем сюртуке, леди средних лет в черно-красном платье с огромным вырезом, юная девушка в парче и кружевах…  Неподготовленный подумал бы о том, насколько разные люди собрались здесь. Для Анны они все были одинаковы.
Вампиры. Чудовища.
Когда-то они были обычными людьми, а потом кто-то из созданий ночи провел их через границу мира тьмы. Анна боялась не смерти. Она боялась потерять себя,  став таким же кровожадным и жестоким чудовищем.

Поворот. Еще один. Со стороны могло бы показаться, что Анна ― прекрасный танцор, но на  самом деле она совершенно не разбиралась в старинных танцах, потому что ее с детства готовили для другого. Она чувствовала себя гораздо удобнее с осиновым колом арбалетом в руках.

Ненависть, текущая по венам, придавала сил, но не позволяла сбросить с себя оцепенение. Самые страшные  предположения  Анны оказались верны. Дракула собирался не просто убить ее, он собирался обратить ее в вампира.
Клыки Дракулы слегка скользнули по ее коже.
«Не хочу!», ― хотелось закричать Анне, но она не могла. Он словно специально оттягивал момент укуса, издеваясь над беспомощности той, что всегда привыкла быть сильной.
Если бы в руках женщины был арбалет или хотя бы осиновый кол… Скорее всего, цыганская принцесса все равно умерла бы, но перед этим постаралась бы унести с собой как можно больше жизней этих монстров в обличии людей.

― С детства не могу терпеть шумные праздники, ― язвительно ответила она на последние слова вампира. ― Так тебе нужна невеста, способная всадить обойму арбалетных стрел в твое черное сердце? Не знала, что ты настолько сильно стремишься к смерти.
Слова Анны пропитаны ядом ненависти. Она знала, что они вызовет у врага только насмешку, но промолчать не могла. Возможность говорить и думать ― единственное, что у нее пока не отобрали.
И не отберут. 

+1

5

[nick]Count Dracula[/nick][icon]https://i.imgur.com/gIYq24H.jpg[/icon]
- Нет в этом мире того, кто может меня убить, дорогая Анна. Или ты наивно полагаешь, что объявится твой принц на белом коне? Я не сомневаюсь, что он прискачет сюда. Вернее, он уже совсем близко. Вопрос лишь в том, успеет ли знаменитый Ван Хельсинг! Но если тебе нравится быть опасной и дерзкой, то я могу поиграть и в твои игры!

Граф провел острым ногтем по белоснежной коже девушки. Смертные были хрупкими, как старые фарфоровые куклы. Их кожа была похожа на тонкий пергамент, который так легко было порвать простыми и неверными движениями. Граф следил за каждым движением одурманенной цыганской принцессы. Их ведь связывало намного большее, чем одно незавершенное дело. Вернее, это было дело самого Дракулы, в которое решили вмешаться все, кому не лень, что его очень сильно раздражало. Что плохого в том, что он хочет за столько веков пережить то, что переживают обычные смертные - банальную радость отцовства? Мертвые не могут иметь детей, но в ледяном замке, скованном вечным льдом иногда бывает слишком одиноко. Признаться, он часто менял своих невест, как перчатки. Всегда находилась сильная, смелая или коварная и красивая, кто шла с ним под венец ради собственных амбиций.

Еще ни одна не отказалась, кроме Анны. У нее были принципы, семья, ради которой она была готова здесь и сейчас погибнуть, но не уступить. Но, после укуса они теряли какую-то свою изюминку, превращались в пустышек. Дракула не сожалел об их смертях. Для него это был сопутствующий ущерб или, скорее, очередная осыпавшаяся в вазе роза. Он был уверен... нет! Он уверял сам себя, что именно Анна окажется лучшей. А стоило ли менять эту цыганку? Можно же было получить сразу две игрушки, тем более Габриэль сам шел в опасную ловушку. Это был бал самого Дракулы. И здесь не только концерт играл по его правилам, исполняя любимые мелодии, которые манили пары кружиться в танце.

- Он не успеет, моя дорогая. Твой брат... он был ничтожен и сдох, как распоследняя дворняга. Тебя же ждет более лучшее и светлое будущее.

Клыки Дракулы скользнули по его собственной нижней губе, едва не оцарапав ее. Граф спешил, но в тоже время хотел насладиться моментом. Главное, не отпустить вожжи - он ведь не хотел превратить девушку в бесполезный труп. Он чувствовал, как она пытается сопротивляться дурману, что отравил ее кровь, как душой, так и телом. Граф резко отстранился, а потом закружил девушку в танце, словно бы пытаясь добавить ее опьяненной голове еще немного головокружения. Он прижал ее сильнее к себе, а потом, резко развернув в танце, оказался за ее спиной, впившись в шею.

Кровь - это есть жизнь.

Кровь - это почти душа человека. Она умеет хранить, как память, так и боль.

Именно кровь связывала Дракулу со всеми его невестами, он как и брал, так и отдавал ей часть себя. Габриэль опаздывал. Ему не спасти девушку, тем более, Дракула совсем не собирался делиться, как и выпивать ее полостью. На Анну у него внезапно возникли большие и амбициозные планы.

- Моя дорогая Анна, скоро ты перестанешь меня ненавидеть. Перестанешь сопротивляться. Ты полюбишь меня, как это сделали твои подруги.

+1

6

Она была потомком Дракулы. И крошечная часть его крови текла по венам Анны, подогревая желание убить. Если она не сделает это, то клятва перейдет ее потомкам. Если, конечно, у Анны будут потомки. Она ― последняя из рода Валериус,  и именно ей предстоит завершить то, что начал ее предок. Но как убить того, кто настолько могущественен? Кол в сердце и серебряные арбалетные стрелы способны оборвать жизнь любого вампира,  кроме одного. Дракула казался не просто древним вампиром, а древним темным божеством,  в чьих венах течет кровь невинно убиенных.

Вампирский гипноз то ненадолго отпускал, давая ложную надежду, то вновь накрывал с головой, взрываясь болью в висках. Дракула играл с Анной ― как кот играет с мышью перед тем, как ее съесть. Роль безвольной и слабой добычи унизительна и неприятно ― обычно анна чувствовала себя охотником, выслеживая и убивая вампиров.
Она по-прежнему сильна духом, но что есть сила духа против реакций тела. Одурманена, послушна, безвольна. Вот какой сейчас была Анна. Марионетка, которой зачем-то оставили силу воли и яростное желание жить.

― Не смей говорить о Велкане, ― ее голос ― яд, не способный причинить Дракуле никакого вреда. ― Ты не имеешь права!

На глазах выступили слезы злости и бессилия. Анна не оставляла надежды сбросить оцепенение и атаковать, пусть даже это будет последним, что она сделает в жизни.  Она ждала, что витражные окна бального зала рассыплются на тысячи осколков, знаменуя появление Ван Хельсинга.
Но… нет. Стекла  по-прежнему оставались целыми, а Анна все так же подчинялась врагу.
Он не успеет. Не успеет. Не успеет.

Резкий поворот. Враг за спиной. Прикосновение холодных губ к горячей коже. Резкая боль, продлившаяся всего лишь несколько мгновений.
На Анну накатило чувство отчаяния и безысходности. Скоро произойдет то, чего она боялась больше всего на свете ― она перестанет быть собой, превратившись в расчетливое чудовище с жаждой крови и холодной кожей . И слова Дракулы лишь подтверждают это. Не смерть ей уготована…

Ты полюбишь меня, как это сделали твои подруги.
Насмешливые слова вампира пробудили непрошенные воспоминания и принесли душевную боль. Ее подруги… Еще два года назад двадцатилетняя Алира и семнадцатилетняя Маришка были обычными деревенскими девушками, единственными подругами Анны. Но они не смогли противиться вампирскому зову и добровольно отказались от всего светлого, что было в их душах. Сначала Алира, потом Маришка.

― Нет, ― тихо произнесла Анна, уже с меньшей уверенностью. ― Они еще до обращения согласились стать твоими. Я ― сильнее.

Сопротивляться дурману стало еще сложнее, на Анну волнами накатывала слабость. Стало слишком жарко.
Началось.

Отредактировано Anna Valerious (2018-11-07 18:58:30)

+1

7

Каково это быть тем, кто уже многие века не ходит под солнцем? Обычно, когда ты теряешь душу, то даже забываешь то, каким на самом деле был солнечный свет. Тьма искажает тебя, вкладывает туда, где раньше была душа, другие ценности. Дракула никогда не считал себя одиноким в той степени, что внезапно ему хотелось бы обзавестись компанией. У него было много потомков, которые расползлись по всей Восточной Европе. Если бы ему было настолько скучно, он мог бы обзавестись под боком каким-нибудь внучатым племянником, но Владимир решил разделить вечность с единственным существом, которое он любил - с самим собой. Все остальное, чем он развлекал себя холодными вечерам в ледяном замке - это были всего лишь фальшивые и скучные декорации. Обмануть простых деревенских дурочек и заставить их исполнять свою волю? Как же просто влюбить в себя таких пустоголовых дурочек. Они искренне верили в то, что он их любил, но на самом деле, они были не больше, чем прочие твари, над которым граф рукой Сатаны имел власть.

Дракула никого не любил, кроме самого себя. И в свою собственную честь он правил подобные балы, словно показывал всем, что, несмотря на вынужденное заточение, он главный и имеет над людьми и тварями власть. Что сможет Ван Хелсинг в месте, где все принадлежало самому именитому вампиру? Дракула знал, что его влияние могло вырасти и за пределы Румынии, но он пока что умерил собственные аппетиты. Было и есть проклятие, что связывало его с родной кровью, которая теперь сладким нектаром растеклась по его языку. Чистая и благородная кровь намного вкуснее божественной амброзии. Оставить в живых последнюю из Валериус? Пройдет совсем немного времени и ее душа умрет, станет очередной красивой игрушкой в его собственной коллекции. Анна - красивая и очередная бесполезная кукла, которую граф сам для себя позволил, чтобы скоротать очередной век. Нужна ли она ему? Влад не исключал, что сильная воля этой девушки манила его достаточно давно. Анна была сильнее своего брата-размазни, который ничего не сделал и сдох, как последний пес. Но сейчас граф просто забирал ее, как забирают ценный трофей у противника.

- Может быть я им пообещал кое что, что они не могли получить в вашей жалкой деревне. Что их ждало? Муж-алкоголик, куча детей и увядающая красота, когда я дал им вечность, - страстно зашептал граф на ухо Анне, чувствуя, что она медленно, но верно начала меняться. Влад проследил за затуманенным взглядом девушки, который блуждал по огромному витражному окну, изображающую из кусочков цветного стекла какую-то очередную пафосную битву из прошлого. - Все еще ждешь его? Он близко, твой Габриэль, но он не знает, что идет в мою ловушку, что опоздал и найдет тебя здесь обращенной, Анна. Просто прими свою судьбу. Ведь Ван Хелсингу придется убить и тебя... из жалости. Но если ты пойдешь за мной, то весь этот мир станет твоим.

Граф приобнял девушку за талию и закружился с ней в вальсе, врываясь в разноцветную толпу маскарадных костюмов, которые уже двигались в безумном и прекрасном ритме классического венского вальса. Дракула кружил Анну, не давая ей снова смотреть на окна или на балконы в поисках спасения так, чтобы мир превратился для нее в одно большое разноцветное пятно.

- Наши дети, Анна. Они будут править этим миром. Неужели тебе не нравится такая перспектива? И мои люди уже нашли ключ к машине Франкенштейна. Остались лишь незначительные штрихи, которые только должны подчеркнуть момент моего триумфа.

+1

8

Анна чувствовала себя странно. Жар то накатывал на нее с новой силой, то спадал, оставлял за собой мертвенный холод  ― словно она вышла в ночной сорочке на мороз. Наверное, именно так «живут» вампиры: в вечном холоде, отогнать который может только свежая теплая кровь... Неожиданно от мысли о густой, горячей крови рот наполнился слюной, а в животе слегка заболело. Да. Анна действительно была голодна, потому как единственной ее пищей на сегодня был тот странное зелье, но до этого момента женщина совершенно не чувствовала голода. На миг она представила, как чужая кровь наполняет ее рот, течет по горлу, попадает в желудок… Анна тут же ощутила страх и отвращение к самой себе. Раньше мысли о способах питания вампиров вызывали у нее лишь злость, отторжение и полное неприятие, а теперь она думала о крови так, словно та была запечной уткой или свежеиспеченным пирогом из баранины.

― Нет, ― на этот раз Анна пыталась убедить в обратно не Дракулу, а саму себя. Ван Хельсинг скоро придет, они вместе найдут лекарство, она излечится и продолжит охотиться на вампиров.

«Вот только захочешь ли ты искать лекарство?» ― насмешливо отозвался внутренний голос. Почему-то у него был голос Алиры.

― Он не станет меня убивать, потому что я останусь самой собой. Я не стану убивать людей и не начну мечтать о господстве над миром, ― охота на вампиров была ее жизнью, и теперь Анна никак не могла поверить, что вскоре ей придется перейти на другую сторону.  Она уже чувствовала силу, текущую по ее венам, а цвета и звуки словно стали ярче.
Анна тут же вспомнила выдержку из книги своего отца о вампирах.

Обращение можно остановить на первых стадиях святой водой. Если человек думает о крови или чувствует, что его восприятие мира изменилось, значит обращение уже необратимо. При сильных эмоциях любой окраски обращение проходит быстрее.

Анна мысленно застонала от досады. В тот момент, когда клыки Дракулы вонзились в ее шею, она чувствовала самую сильную эмоцию из всех возможных. Видимо, Дракула как раз на это и рассчитывал.
Женщина прикрыла глаза, и когда открыла их снова, то они сменили теплый карий цвет на кроваво-алый. Она изменилась ― как внешне, так и внутренне. Чувства и былые привязанности мигом померкли, словно кто-то загасил свечу. Остались только голод, сила и… холодный расчет.

― Пойти с тобой? Заманчивое предложение, ― голос стал более холодным, но в нем еще остались насмешливые нотки. ― Но у меня есть свои условия. Я не хочу становиться угодливой рабыней, как твои предыдущие невесты.

Она видела, как ее бывшие подруги, гордые девушки, лебезили перед своим новым господином, думая лишь о том. Чтоб заслужить его милость. Анна не собиралась стьановитсья такой. Она хотела быть равной.

Отредактировано Anna Valerious (2018-12-11 17:30:58)

+2

9

Что двигало графом на самом деле? Жадность, обида, желания? Иногда ему казалось, что абсолютно все его чувства были заморожены, как и крепость, в которой его заточили на века. Он прожил долгую жизнь одиночества, но никогда не испытывал тоски по смертным. Сейчас в его объятиях девушка - последняя из рода, что его проклял - проходила трансформацию. Они все сопротивлялись - редко, кто приходил добровольно. Они чувствовали, как их душа выцветает, выгорает, оставляя пустоту, которою уже ничем нельзя будет заполнить. Нужен ли графу спутник в бессмертной жизни? Все, чего хотел Дракула, чтобы этот мир стал таким, каким сотни лет был его - холодным, бесчувственным, опасным. Он хотел, чтобы этим миром правили существа, подобные ему. Место обычных смертных у его ног. И для достижения этой цели ему нужна была Анна, что заменит тех пустоголовых дур, что были до нее.

- Славим день, что стал последним.
Славим лед за его прочность.
Славим меч, что несет смерть.
Славим жизнь, что была прожита
, - прошептал Дракула и провел пальцами по щеке Анны, чувствуя, как из нее медленно, под действием особого яда, утекает драгоценное тепло.

Было ли противоядие? Возможно. Был еще способ вернуться к свету, но захочешь ли ты этого, если вкусишь всех прелестей бессмертия? Еще никто не просился назад. Оборотни разве что, которые были вынуждены служить правой руке дьявола, мечтали добраться до противоядия. Был путь назад и для вампиров. Но, когда эта ледяная пустота заполняла сердце, тебе уже не хотелось прошлой жизни. Словно, сквозь призму ты видел все скудность, серость и бесполезность жизни смертного.

- К тому моменту, когда Габриэль разгадает тайну противоядия, ты обезумеешь от голода и сама убьешь его. Какая будет ирония, не так ведь? К тому моменту, как он сюда доберется, ты уже не будешь желать его. Для тебя Ван Хелсинг станет самым главным врагом.

Губы Дракулы дрогнули в насмешливой улыбке. В этот момент музыка, которая исполняла неспешный вальс, сменилась на более веселую, так что граф, придерживая Анну, отвел ее в сторону, в тень одного из гобеленов. Его уже начинала забавлять вся эта игра. Неужели она и правда думала, что Дракула настолько одинок, что ему нужны компаньоны в бессмертии? Или это была очередная уловка с ее стороны? При любых раскладах Анна была интереснее своих пустоголовых подруг, которые только и годились на то, что что-то требовать и производить бесполезное потомство. Анна всегда была особой, потому что их двоих связывало проклятие крови.

- Ты и правда считаешь, что став без пяти минут моей новой невестой, можешь втереться ко мне в дворерие? Право быть компаньоном, моя дорогая, надо заслужить, например... подарком? Принеси мне голову Габриэля, а потом мы с тобой решим, какое место ты будешь занимать в моих планах.

+1

10

Анна чувствовала себя неживой куклой. Развлекающиеся на балу вампиры были почти  такими же ― безликие, кровожадные, скрывающие свое естество под атласом, парчой и бархатом. И за карнавальными масками, украшенными золотом. На лице Анны не было маски, а ярко-алое платье разительно отличалось от темных нарядов присутствующих в зале дам, но она уже была мертва. Ощущения усилились раз в десять. В первые секунды Анне показалось, что музыка играет слишком громко, но она быстро привыкла. Зрение Анны и раньше было отличным,  но сейчас глаза различали все краски и полутона. А воздух пах дорогими духами, поздней осенью и человеческим страхом. Ну конечно, разве мог Владыка Вампиров не позаботиться о угощении?

― С чего ты взял, что я желала Ван Хельсинга? ― спокойно поинтересовалась девушка, слегка приподняв бровь. ― Он был хорошим напарником для моей… человеческой стороны, только и всего. А сейчас меня волнует только голод.

Маленькая ее часть кричала от ужаса где-то внутри. Анна-охотница сейчас слишком слаба, и с каждым глотком крови она будет становиться все слабее и слабее. Пока не исчезнет окончательно, не оставив по себе даже мыслей и воспоминаний. А долг… О каком долге может идти речь, когда перед ней открылся весь мир?

Большое витражное окно разбилось, рассыпавшись на тысячи мелких осколков. Ароматы осени и ночи стали еще сильнее, а вместе с ними в нос ударил запах крови. И много еще было в этом запаха. Решительность, уверенность в собственных силах, желание защитить.
Поздно.

― Пришел. За мной, ― на миг Анна-охотница снова стала сильнее, но Анна-вампир с легкостью подавила ее, вновь превращаясь в ледяную бесчувственную статую. И Ван Хельсинг, кажется, заметил это.

― Анна, ты сильнее этого, ― заговорил охотник, а остальные вампиры замерли, ожидая то ли продолжения спектакля, то ли приказа о нападении. ― Ты можешь с этим бороться. Ты же Валериус! Борись!

― Она тебя не слышит, ― новоиспеченная вампирша оскалилась, слегка обнажив клыки в  издевательской улыбке. ― Какая жалость. Ты опоздал буквально на минуту.

Анна усмехнулась. Кажется, Дракула оказался прав: ее человеческая сторона действительно испытывала к охотнику влечение, хоть и не осознавала этого. Как бы там не было ― это в прошлом.

― Она уже одна из них! ― Карл. Сколько страха в голосе и запахе. Голод стал почти невыносимым.

Анна зарычала. Нападать она не спешила ― сквозь чувство голода пробилась одна разумная мысль: новообращенные вампиры сильнее обычных людей, но с опытным охотником ей сейчас не справится. Умереть после того как получила вечную жизнь? Даже ее бывшие подруги не совершали таких глупых поступков.

+2

11

- Теперь ты видишь глазами вампира, Анна.

Дракула сам помнил, как это произошло с ним самим, хотя это произошло слишком давно, что могло стереться пылью веков. Он тогда словно прозрел, увидел мир во всем разнообразии цветов и форм. Он помнил, как его захватила игра красок на собственных пуговицах, что он долго не мог оторвать от них глаз. И эти невероятные звуки, которыми был наполнен весь огромный мир! Эти сладкие  звуки... мир смешивается в одну какофонию из звуков природы и ритма, который, словно барабаны, отбивает человеческое сердце. Ты становишься хищником, который охотится именно по этому звуку. Со временем ты учишься отличать именно этот ритм от других ритмов жизни, от которой тебя отрывает проклятие.

- И в тебе умирает последнее, что было человеческого. Это сладкая борьба. Со временем ты привыкнешь к новой жизни.

Дракула обернулся на звук витражного стекла и хищно улыбнулся - все шло по его плану. Ван Хелсинг появился как раз во время, чтобы увидеть плоды его стараний. Приятно видеть боль и отчаяние в глазах заклятого врага. Возможно, спасение для Анны есть, только если она сама захочет. Но яд, который Дракула сам в нее влил, навсегда загасит это самое чувство. Габриэлю надо будет очень постараться и не умереть при этом от клыков Анны.

- Она моя, Габриэль! Ты, как всегда, опоздал, правая длань самого Господа! - Лракула отвесил издевательский поклон своему противнику.

- Мы поймали его, господин!

Двери распахнулись и сотни рук указала в направлении триумфа Дракулы, туда, где несли изобретение Виктора Франкенштейна. Все было идеально, все шло по его плану, вернее, весь план сейчас работал, как самые лучшие швейцарские часы. Теперь его никто не остановит: он получил ключ к воскрешению, он получил новую невесту, которая сейчас проходила почти болезненное преломление, превращение в вампира.

- Я думаю, Габриэлю будет интересно пообщаться с нашими гостями, а мы спешим домой. Рассвет скоро, дорогая!

Дракула подхватил Анну и взлетел, сделав круг над залом, едва не сбивая большую люстру и вылетел через сад в большое окно. Он пролетел над большим Будапештом, даже ни разу не посмотрев на краски города, не оглянувшись в сторону своего поместья - ему было все равно, что нечисть сделает с двумя охотниками-неудачниками, угодившими в его ловушку. Он отпустил Анну, позволив ей самой расправить крылья. Они летели над огромным лесом, похожим, на черный океан. Как создатель, Дракула чувствовал, как минута за минутой менялась Анна. Все человеческое покидало ее. Человек в ней умирал – начинал жить вампир. И Дракула понимал, что одна выигранная партия у Ван Хелсинга открывает ему кучу новых перспектив.

+2


Вы здесь » crossreality » Оконченные истории » Tear of the Goddess