правила занятые роли шаблон анкеты амс нужные персонажи хочу к вам списки смертников отпуск банк подарки помощь с графикой

пост недели \\ AND LOSE, AND START AGAIN...

Хотелось прыгнуть на лошадь, ускакать подальше в поля, валяться в цветах, которые пахли так одуряюще, что кружилась голова, смотреть на проплывающие по синему небу пушистые облака и не думать о королевских делах, не думать об ответственности, которая была возложена на её, ещё по сути детские плечи. Хотелось достать бумагу и карандаш и слушать тихое редкое поскрипывание грифеля о листы, которое нарушало бы тишину её холодной комнаты, давно не казавшейся уютной. В ней оживали все страхи, все кошмары, и Элион медленно сходила с ума, доходя в своих мыслях до передачи в руки брата всей власти. Она ворвалась в конюшню, пробежалась маленьким ураганчиком по сену, спугнув конюха, и в конце концов остановилась напротив стойла, в котором пряталась её красавица. Лошадь была бежевой на спине, а по всему телу россыпь тёмных пятен, словно напоминание о земных жирафах, которых, конечно же, не было на Меридиане. Она не любил других людей. Её звали Жозефина, и она утыкалась носом только в её ладони, доверчиво, словно Элион была единственным существом в этом мире, кто её любил. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ

нужные персонажи \\ в программе "жди меня"

Немного о...

"Закрой глаза, представь, что тебе пять лет, и посмотри в окно ещё раз. Представь, что тебе ещё не нужно выбирать, во что верить, потому что нет никакого выбора – всё едино, всё неделимо. Ещё не нужно искать смыслы, наделять что-либо значимостью. Ты ещё путаешь «вчера» и «завтра» просто потому, что время не имеет никаких насечек, оно даже не длится, оно просто есть. И ты просто есть, и от этого практически неуязвим и категорически бессмертен. И ломтик янтарной дыни или кружка свежей малины делает тебя абсолютно, абсолютно счастливым".

crossreality

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossreality » Мы творим историю » Nobody's Listening


Nobody's Listening

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Nobody's Listening

http://images.vfl.ru/ii/1535305004/fcc779a5/23061867.png

✔ В главных ролях:
Hank Anderson and Gavin Reed


✔ Время и место:
Детройт // 10.09.2018


✔ Сюжет:
Человек всегда склонен помогать другому человеку, когда это ему ничего не стоит. Вот только временами ты ищешь помощи у тех, в чьих глазах ты не больше чем кусок мусора и остаётся надеется только на чудо.

+2

2

Хэнк смотрел на очередную письменную жалобу на некоего Рида, живущего в не самом благополучном районе города. Странно, что вообще хоть кто-то замечает чужие проблемы. Хэнк стоял позади дежурного и с интересом читал жалобу на шум, похожий на звуки борьбы, также там указывалось, что в с Ридом проживает несовершеннолетний сын.

- Опять Рид?

- Хэнк, ты же знаешь…

- Да, да, не начинай, Уильямс,- Андерсон отмахнулся, откусывая приличный кусок от доната.

Служа в отряде быстрого реагирования «Красный лёд», задерживая разных подонков, Хэнку и другим приходилось работать с наркоманами-осведомителями или следить за большими употребителями того же Красного льда, чтобы схватить их дилеров и выйти на рыбу покрупнее.

Так следили и за Ридом и не понаслышке знали о его обращении с сыном после ухода жены. Хэнка это возмущало с самого начала, но никто ничего не мог поделать – так они все говорят. Черт подери,, как же это раздражает.

Разумеется, Андерсон прекрасно понимает то, что он делает в этой группе, как и то, насколько важно не упускать любую возможность перекрыть кислород ублюдкам, распространяющим наркотики. Но когда страдает ребенок, разве стоит ждать?
- Хэнк, ты же не собираешься делать глупости? –знакомый детектив был тем, к кому Андерсон не раз и не два обращался на счет этого и подобных случаев.

- Ну, что ты, - мужчина мягко улыбнулся, допивая остатки кофе, - как я могу?

- Хэнк, не порти дело. Как только Рид выведет на поставщика, его сына заберут и отправят уже в приют.

- Черт подери, дайте мне пять минут с этим ублюдком и не нужна будет слежка!

- Хэнк, суд не примет показания добытые таким образом, а если свидетель будет с заплывшими глазами, уж извини…

- Ой, до этого все было нормально!

- Хэнк, пожалуйста, ещё раз – не порти дело.

- Я пошел.

Благодаря работе в отряде Хэнк может с чистой совестью свалить из участка и вернуться туда по первому же звонку. Но пока нет никаких данных, он – самый молодой лейтенант Детройтского Департамента полиции Центрального района – просто поехал к дому, который уже несколько недель никак не выходит у него из головы. Мужчина одет неприглядно – потертые, немного растянутые джинсы, кожаная куртка, под которой обычная футболка и значок на цепочке. Он никак не мог решить, что будет делать когда ему откроют дверь. Пожалуй, все будет зависеть от того, как будет выглядить мальчик. Если будут видны следы недавних побоев или издевательств, Хэнк не будет мелочиться. Что ему будет? Выговор? Ой, да бросьте.

Рид-старший если что сам упадет несколько раз лицом об его кулак.

Времени – всего одиннадцать утра, школьники давно на учебе, хотя и можно увидеть тех, кто прогуливает занятия. Значит, мальчик, наверное в школе. Тем лучше для Хэнка.

Он ссутулился – начинался дождь – поправил воротник и пошел дальше по улице, выискивая нужный дом. Честно говоря, найти его не составило труда. Только вот войти в него коп не торопился. Молодой лейтенант смотрел в зашторенные окна чужого жилья, прикурил сигарету и все думал о том, что ему следует в итоге сделать. Рид, как известно, хреновый распространитель Красного льда – в основном все сам выкуривает.  Сигарета закончилась быстро, Хэнк лишь осознал, что его решимость никуда не исчезла, даже напротив.

- Да похер на вас всех, ублюдки, - шепотом сказал он, выбрасывая курок под ноги, затушил его и после этого прошел через дорогу, постучав в дверь – к черту эти звонки. Если пацан дома, он откроет дверь.
[icon]http://images.vfl.ru/ii/1535208988/b4b02296/23045943.png[/icon][sign]http://images.vfl.ru/ii/1535204733/c623c3de/23044297.gif http://images.vfl.ru/ii/1535204733/b921d42c/23044298.gif[/sign]

+3

3

Рид старший был сегодня в приподнятом настроении с самого утра. На столе сына ждал завтрак, немного пригоревший по краям омлет, два еле прожаренных тоста и крепкий до омерзения чай. Нет, он не был пьян и не находился под кайфом, но скоро будет, ведь сегодня, если верить записной книжке туалете за бочком, должна была прибыть новая партия красного льда. Гэвин ненавидел такие дни. В дни, зачёркнутые красным маркером, ему показывали красивую сказку о семейном счастье, вот только, когда он вернётся со школы, сказка обратится кошмаром, и снова его встретит агрессивное животное, когда-то бывшее его отцом.
Рид младший жевал свой завтрак, через себя проглатывая каждый кусок, что комом вставал в горле, а затем пытался запить всё дерьмовым чаем. Хотя, можно ли было назвать чаем порошок, оседавший на дне после обработки чайных листьев. Как же он ненавидит привкус этого всратого напитка. Отец то и дело смотрит на него и спрашивает о школе, друзьях и учебе, словно ему это и правду важно. Гэвину становится не по себе, ведь он знает, что это лишь временное помутнение, дешёвый спектакль, в который он так хочет верить.

Он берёт свой рюкзак и, не прощаясь с отцом, уходит из дома. Какой в этом смысл? После обеда он всё равно уже будет другим и даже не вспомнит утреннего разговора. До школы ещё получаса пешком, а значит у него было ещё время прогуляться по улице, пока холодный ветер не проберёт до дрожи.
Для сентября погода была отвратной, точно подстать внутреннему состоянию Гэвина: хмурое небо, скрывающее за густым слоем облаком солнце, ледяной ветер, покалывающий кожу на лице и руках, и редкие лужи, оставшиеся после ночного ливня. Мама любила такую погоду, считая, что именно в такие моменты все члены семьи должны собираться вместе у телевизора и греться от обогревателя.
- Знаешь, мам, это самая хуёвая идея.  – Он усмехается сам себе, адресовав эти слова в пустоту, и пинает смятую банку из-под пива.

Старший Рид то сидит на месте, перед телевизором, то ходит по комнате их углу в угол, то поднимается с этажа на этаж, пытаясь занять себя делом в ожидании курьера. Он больше недели сидел без дозы красного льда и сейчас она как никогда нужна была ему, чтобы он снова смог вернуться в привычное для себя состояние беззаботного человека.
Признаться, он ненавидел эту жизнь, пока не появился лёд. Раньше ему приходилось вкалывать по восемь часов в сутки, не считая подработок, чтобы обеспечить деньгами суку-жену и их общего выродка, появившегося в результате неудачного перепихона на выпускном. Каждый год, он всё чаще и чаще спрашивал себя о том, а почему именно он должен расплачиваться за то, что произошло? Он не был готов к семейной жизни, но его заставили. Ведь так поступают взрослые. Они берут на себя ответственность за сделанное. Нахуй, ответственность и такую жизнь. Именно тогда он начал глушить свою обиду за упущенные возможности в алкоголе, который помогал ему проявить то, чего он так боялся. Свой гнев. Весь свой негатив он спускал на жену, а затем, когда и на сына, когда тот стал постарше. Забавно было колотить сопляка, который и понятия не имел, что ему делать и как защищаться. Он звал мамочку, которая больше никогда не вернётся в этот дом. Сука сбежала, оставив своего выродка на его шее. Тогда уже алкоголь плавно стал заменяться красным льдом и только тогда, старший Рид начал чувствовать тебя по-настоящему свободным. Не было уже истерик дома, бесконечных рабочих часов и криков родных – только он и умиротворение.

На часах было уже одиннадцать и курьер с минуты на минуту должен был прибыть. Они никогда не опаздывали. Они не могли. Не сегодня. Нервы словно струны скрипки, натягивались с каждой лишней минутой. Пальцы крепко сжимаются в кулаки, и кожа на костяшках белеет от напряжения.
Звонок.
Рид почти спотыкается о коврик, громко матерится, но всё же доходит до двери в считанные секунды. На пороге стоит незнакомый ему мужик. Новый курьер? Нет, слишком странно.
- Ты, мать твою кто? – он осматривает одежду незнакомца и его лицо ещё больше искажается в недовольстве. – За подачкой иди в другой дом.

Отредактировано Gavin Reed (2018-08-26 02:47:04)

+3

4

[icon]http://images.vfl.ru/ii/1535208988/b4b02296/23045943.png[/icon][sign]http://images.vfl.ru/ii/1535204733/c623c3de/23044297.gif http://images.vfl.ru/ii/1535204733/b921d42c/23044298.gif[/sign]

Мысль о том, что если дверь откроет мальчик и Хэнк решит от его внешнего вида, что делать дальше оборвалась сразу, как только за дверью показался рослый мужик. Что тот говорил Андерсон не слушал. Хватило всего пары секунд после того, как тип заткнулся, чтобы лейтенант завелся. Достаточно всего пары секунд.

Хэнк хорошо себя контролирует во время рейдов, в споре с другими сослуживцами или даже с подозреваемыми, но с ублюдками, которые бьет детей по каким-либо причинам или без них – сохранять спокойствие нет никакой нужды. Хэнк даже не вытащил руки из карманов куртки.

Сильный пинок в живот Рида-старшего заставил того сделать шаг назад. Андерсон зашел в чужой дом и захлопнул дверь за собой. Пока ублюдок не очухался, полицейский набросился на того, сбивая с ног. Ни в коем случае лейтенант не умалял силы наркомана, но с реакцией все-таки лучше у не пропитанного дерьмом мозга. Пропустив удар в бок прямо по рёбрам, Хэнк заломил руку ублюдку, после чего нанес тому несколько ударов в лицо. Но у ублюдка свободна вторая рука и ею он схватил Хэнка за горло.
Такими ручищами только душить кого-нибудь.

Андерсон специально не брал с собой оружия, но сейчас очень поалел – цепкие пальцы были готовы раздробить ему кадык. Отпустив вторую руку Рида Хэнк ударил того в горло. Даже если бы наркоман был бы терпелив, ему бы не удалось пойти против инстинктов. Он схватился за горло.

Нравится бить мальчиков, а? – Хэнк схватил ублюдка за рубашку и снова ударил того в лицо, ещё раз и ещё. Он отводит руку за голову, кулак крепко сжат и обрушивается на лицо ублюдка с силой. Щетина неприятно травмирует кожу на костяшках пальцев, стирает её, как наждачная бумага, раздирает до крови.

Ублюдок дышит хрипло из-за удара в горло, к тому же лейтенант давит ему на живот коленом, и сильно бьет в лицо. От очередного удара зуб Рида Хэнк почувствовал острую боль в костяшке указательного пальца. От частых и размашистых ударов значок выбился из-под куртки, из-за того, что он болтался на шее при каждом ударе, Хэнку пришлось остановиться. Лицо ублюдка моментально распухло, да и он уже не особенно сопротивлялся.

Андерсон поднялся – рука болит, скорее всего будет сильный отек – ухватил Рида за ворот рубашки и оттащил в одну из комнат.
- Ну что, кретина кусок, - взвалив тушу на стул, Андерсон замечает, как дрожит рука, но это мелкое дело, - нравится, а? Отвечай, падла, тебе понравилось?

Нечленораздельное мычание только разозлило Хэнка и он двинул сильную пощечину. Руку прострелило болью, но лишь звучно ругнувшись, Андерсон выпрямился, отклонил звонок на телефоне – раздражает – после чего, наклонился перед Ридом, игнорируя болтающийся значок на шее.

- Отвечай, хрен поганый, - снова пощечина, - нравиться бить сына, а?

+3

5

Первый удар выводит Рида из равновесия, и он плашмя падает на пол, не понимая сути происходящего. Лишь после нескольких ударов, уже в гостиной, он пытается отбиться. Ему хочется разобраться с ним побыстрее, ведь с минуту на минуту, должен прибыть курьер. Если его застанут избитый, да ещё с незнакомым мужиком в доме, то можно было навсегда проститься с поставщиками. И что тогда? Тогда он как и всякий другой наркома в округе, будет искать посредника и переплачивать тройную стоимость льда. В голове, как заезженная пластинка, крутиться лишь одна мысль - «нет». Бен пытается придушить незваного гостя и свалить его с себя, пока ещё была такая возможность. Лицо, замазанное кровью, искажается в злобном оскале, а на виске проступают мелкие капли пота.

– Сук…сын… – Всё оказывается тщетно. Несмотря на величину его рук, былой мощи давно уже не было в его теле. Её заменила толстая прослойка жира, а тренировки заменились на употребление красного льда вперемешку с алкоголем. Он чувствует, как второй по счету зуб ломается и Бен взывает от боли, когда осколок впивается в губу и разрезает кожу. Слишком сложно говорить, слишком больно, чтобы дышать. Отхаркиваясь кровью, Старший Рид ещё сопротивляется и пытается закрыть своё лицо от хлестких ударов, но остатка его сил хватает ненадолго.

Какого хера? Что вообще, блять, происходит?! Что этому гандону понадобилось от него именно в этот день и в этот час?

Краем глаза, который ещё был в состоянии видеть, он замечает мельтешащий перед глазами жетон. Фокусируя на нём своё внимание, он умудряется разглядеть знакомую символику – копы. Они всё узнали и пришли поймать его с поличным?! Его охватывает новый приступ паники. В тюрьме без красного льда ему будет плохо. Тогда к чему разговоры о мальчике и о чем он вообще… Бен тихо ухмыляется, или, по крайней мере, изобразил на лице что-то отдаленно напоминающее ухмылку. Этот мелкий выродок. Кусок говна оставленный на его шее своей сукой женой. Видать вместо школы регулярно посещал участок и плакался местным копам о том, как плохо живётся с папкой. Рид слишком осторожен, он никогда не светит своим товаром в открытую, словно это невъебенное яблоко в карамели на городской ярмарке, которое обязан попробовать каждый, а если и распродает его, то делает это на окраине города, когда стемнеет. Ебал он в рот связываться с полицией и башлять им за защиту.

- Я… – он сплевывает на ковровое покрытие сгустки крови с обломками зуба, – я его и пальцем не тронул. – Тяжело дышать и старший Рид пытается встать. Сейчас ему как никогда стоило бы быть убедительным, чтобы этот уебыш свалил из дома до прихода курьера, а потом… потом он по-отцовски поговорит со своим сыном о том, как правильно нужно держать свой рот на замке.

- Так, пару раз отвешу подзатыльник и то, за дело. – Перевернувшись на бок, он встает на четвереньки и пытается отдышаться. – Клянусь. Он же без матери растет. Думаете, я бы смог поднять руку на своего сына?

Пускай теперь этот сучёныш молится о том, чтобы вообще остаться в живых после сегодняшнего, а затем, он сможет затребовать нехилую компенсацию с копа за превышение должностных норм. Они попляшут, все у него попляшут.

- Офи… - он осекся и встал на колени, чуть покачиваясь. – Он ж уличный почти. Пацан с пацанами… вот и шляется так.

+2

6

[icon]http://images.vfl.ru/ii/1535208988/b4b02296/23045943.png[/icon][sign]http://images.vfl.ru/ii/1535204733/c623c3de/23044297.gif http://images.vfl.ru/ii/1535204733/b921d42c/23044298.gif[/sign]

Бить ублюдков Хэнк всегда любил и всегда бил.

Уверенно, сильно и без жалости.

Теперь ублюдок Рид пытается не проглотить свои зубы и даже что-то сказать, а Андерсон смотрит на свою руку и сгибает-разгибает пальцы. К вечеру рука опухнет и уже будет невозможно так сделать. Надо бы приложить лед, но вместо этого Хэнк ещё раз ударил ублюдка в челюсть. Во-первых, тот начал сквернословить, а во-вторых, неубедительно оправдывался и юлил, однако Андерсон слишком хорошо знает таких вот «отцов». Уже вечером он попытается выбить дух из парня.

- Да что ты мне пиздишь, дерьма кусок? – Хэнк навис над Бэном Ридом, жетон на цепочке раскачивался взад-вперед, - ты меня за дибила принимаешь? А? Я похож на дебила? – сложив пальцы пистолетиком, Хэнк ткнул ими в висок Рида и толкнул того в голову, заставляя немного наклониться, - на тебя, упырь, целая стопка жалоб от разных людей, и, о, у меня для тебя сюрприз: за тобой давно ведется слежка.

Довольная улыбка немедленно появилась на лице Андерсона и он выпрямился. Рано или поздно кретин все равно засветится, так пусть лучше раньше. Из-за того, что Андерсон уже здесь ничего не изменится. Достаточно прижучить ублюдка и тот сам все расскажет в обмен на уменьшение срока заключения.

Руку дергает, действительно больно и костяшки начинает понемногу опухать, только Хэнк совсем не думает об этом. Ему надо найти красный лед или записи о поставках, тогда можно будет добавить ублюдку пару ударов покрепче и вытащить пацана из этого дерьма. Кое-что лейтенант уже продумал, он хочет предложить мальчишке поступить в школу интернат, это не привычный детский дом в его одиночестве и безысходности. Это просто школа.

- Так, Бэнни, где твой красный лед? – Андерсон бесцеремонно пинает стоящую в углу сумку.

Действительно, для всего этого необходим орден, но Бэн Рид ведь сам пригласил его в гости. Едва ли ублюдок будет спорить. Ему же надо скостить срок?

- Эй, только не пытайся встать, иначе я решу, что я мало тебе надавал по бубенцам, понял, кретин? – наблюдение сейчас не на улице, а стоящая прослушка сработала против Хэнка – мобильник разрывался от звонков разгневанного детектива. Что ж, его проблема, детектива в смысле. Пусть трезвонит, все равно задержание Рида это всего лишь вопрос времени, а Хэнку тем временем хочется ударить Бэна ещё раз. Ладно, надо немного потерпеть.

- Мне надоело играть в кошки-мышки, ублюдок, тебе ни в коем случае не отвертеться и все зависит от тебя. Я либо тебя отмудохаю и найду лёд, либо ты сам вы выложишь, - он уже терял терпение, когда в дверь неожиданно постучали. Курьер что ли?

Хэнк коснулся пальцем губ и прошипел, чтобы Бэн не шумел, затем засунул свой значок под куртку, после чего пошел открывать дверь. За дверью стоит щуплый мальчишка, наркоман скорее всего, курьер из него так себе. Так что Хэнк шуганул его едва открыл дверь. Ну, вот опять нет никаких свидетелей и Хэнк вернулся обратно в комнату, чтобы увидеть стремительно опухающую рожу Рида. Тот получил слишком мало за избиения сына.

+2

7

Бен никогда не умел скрывать своих эмоций, да и в целом врал отвратительно, и не будь его лицо избито до состояния кровавого месива, то оно выражало бы ужас. Мало того, что коп завалился в дом и отмудохал его как последнего ублюдка, так за ним ещё и следили. Всё это время он был под пристальным наблюдением ебаных полицейских. Срань господня.

Дыхание мужчины становится сбивчивым и тело пробивает озноб. Он вляпался по полной программе. Он в полнейшем, мать его, дерьме. Если бы дело касалось только мелкого засранца, который шлялся хер знает где, то тут бы он смог выкрутиться, приврать, выпросит испытательный срок на реабилитацию или на крайний случай пригрозить Гэвину, чтобы тот подтвердил все слова отца. Вот только с наркотой было сложнее.

Мужчина сглатывает и смотрит единственным видящим глазом, который ещё не успел заплыть, на настенные часы и внутри что-то сжимается. Уже давно за двенадцать. Черт бы его побрал, да он буквально дрожит от страха. Что если они знаю всё? Что если на него донесли и сейчас копы готовятся принять поставщика. И сколько ему дадут? Так же и сбыт, и хранение, и распространение. Риду становится дурно и сжимает пальцами окровавленный ковролин и материт про себя всё, что когда-либо случалось с ним в этом мире. Жизнь – несправедливый кусок дерьма.

- Я...я, - блять-блять-блять, - н-не понимаю... к-какой лёд? - голос дрожит и Бен пытается отползти не приподнимаясь. Да, на данный момент он явно не в том состоянии, чтобы сломя башки бежать на второй этаж и перепрятывать ту сраную книженцию. С другой стороны, кто сунется в смывной бачок древнего унитаза искать улики? Хах, только конченные идиоты. Успокаивая себя тем, что он умнее полицейских из департамента, что его не раскроют, что всегда можно прикрыться сыном, как поводом остаться на свободе, Рид не мог остановиться. Одна мысль сменяла другую представляя то, что с ним будет на суде, а затем в тюремной камере, полной различных отбросов.

Он там попросту не выживет. В такие моменты, он вспоминал о том, что в этом мире существует Бог и усердно начинал к нему взывать, выпрашивая прощение за все содеянные грехи. Сколько подобное он повторял? Множество и множество раз, но постоянно Рид нарушал данное слово и пытался замолить его снова.

- Я-я кля-янусь... - он морщится и снова отстраняясь, готовясь к новому удару, - я н-ничего не зна-аю.

- Пап...?

***
Уроки в школе всегда были строго до трех часов дня с перерывом на ланч в двенадцать часов и до тринадцати; за это время дети могли вполне отдохнуть после продолжительного учебного дня. Гэвин, как полагается любому "прилежному" ученику, в обеденное время уходил домой и появлялся в школе лишь на следующий день.
В занятиях после обеда, как правила, входили дополнительные предметы, которые его попросту не интересовали, да и заниматься какой-то клубной деятельностью, вроде "кружок видеомонтажёров" или "очумелые ручки", он не горел желанием.

Застегнув поношенную ветровку по самое горло и натянув на голову капюшон так, что он скрывал большую часть головы, Рид закурил. Особо скрываться смысла не было - окружающим было похрену, он же не их сын, а отец уже отреагировал на случившееся.

Затянувшись, вбирая в лёгкие едким дымом, он медленно выдыхает. Во рту горит от привкуса дешевых сигарет. На более дорогие ему было попросту лень раскошеливаться. Он идет неспешно, у него есть целых полчаса свободы от угнетающей обстановки школы и дома, чтобы не заморачиваться ни о чем. Он держит сигарету губами и пытается отогреть руки в карманах, крепко сжимая их руками. На правой руке пальцами он нащупывается новый шрам - ещё болит - от затушенной сигареты. Отучение от курения методом Бенджамина Рида. Стоило бы задуматься о том, сколько ещё он таких получит, пока отец от него не отвалит, или Гэвин самостоятельно не покинет отчий дом. Досадно, что идти пока что было не куда.

Остановившись у одного из домов, через зеленую лужайку длинной в пять метров, он видит до боли обидную картину - семью, целую и счастливую. Рид не знает, о чем они говорят, но по улыбкам на их лицах вполне можно было догадаться, что они не ругались и не обсуждали развод с делением ребёнка, как бесполезный трофей. Он уходит прежде, чем его замечает глава семейства и ускоряет шаг. Ему бы пора повзрослеть и перестать думать о всяких глупостях вроде этой.

Выкинув сигарету в мусорный бак и сплюнул в ближайший куст, Гэвин напихивает себе в рот пару освежающих леденцов со вкусом ментола и вот-вот готовиться прослезиться от ядреного привкуса этой гадости, которая даже ноздри ужасно пощипывала. И ведь кто-то ест их на добровольной основе.

Время было почти полчаса первого, а значит у отца вполне могли быть гости. Войти в парадную дверь сейчас было бы глупо - отец его попросту отправит в нокаут ударом в живот, а значит, либо задняя дверь, либо, как примерный мальчик, сторожить дверь, пока из неё кто-нибудь не выйдет. Мм, не в этот раз.

Припрятав сигареты во внутренний карман рюкзака, Гэвин обходит дом, накручивая на пальце связку ключей с металлическим брелком популярной некогда рок-группы, а затем слегка подталкивает заднюю дверь ногой. Как всегда, открыта.
Будучи уже внутри, он не сразу обращает внимание на происходящее в гостиной и лишь потом, стянув из ушей наушники, до него долетают умоляющие вопли отца, валяющегося на полу с разбитой в кровь рожей, а поодаль него стоял высокий мужчина, которой судя по всему и был тем, кто приложил свои кулаки к чужому лицу.

- Пап...какого хера тут творится?

+1

8

[icon]http://images.vfl.ru/ii/1535208988/b4b02296/23045943.png[/icon][sign]http://images.vfl.ru/ii/1535204733/c623c3de/23044297.gif http://images.vfl.ru/ii/1535204733/b921d42c/23044298.gif[/sign]

Шкет появился внезапно. Настолько внезапно, что Хэнк даже вздрогнул и чуть было не двинул кретину-отцу коленкой под челюсть, ненароком решив, что это именно он чем-то там зашуршал. Но нет, вот де, мальчишка пришел со школы и как будто даже не выглядел удивленным. Хэнк цыкнул – бить отца на глазах у сына, даже если тот ублюдок дело последнее. Черт знает, что там у пацана в голове, может быть он до одури зависит от отца, может быть ненавидит его – хер проймешь.

Чуть сощурившись, он бросает взгляд на пацана, затем на его отца и достает из заднего кармана наручники, которые тут же надевает Бену на руки, короткой цепью прихватывая трубу отопления.

- Сиди, бля, - коротко выплюнул он, расстегивая куртку, демонстрируя значок Гэвину, - ты ж Гэвин, верно? – спрашивает у мальчишки, подходя и привычно демонстрируя пустые ладони. Так часто приходится делать, если жертва ведет себя неожиданно, если есть шанс внезапного нападения, если нервы не в порядке. Да, бля, там дохера поводов! И Хэнк сейчас не слишком уверен в том, как пацан себя поведет.

Соседи не раз и не два жаловались на шум и звуки побоев сына, в рапортах от социальной службы нет нихера внятного – едва ли те сюда приходили. А сейчас на тыльной стороне ладони Андерсон видит след от свежего ожога сигареты. Вот паскуда, мать его.
Не поздно ли раскроить этому херу череп? Поставщики найдут нового распространителя, а мальчишку удастся вытащить из этого дерьма.

- Я из полиции, - говорит спокойно, хотя у самого желваки то и дело, что гуляют вверх-вниз, - я тебя не трону, - а вот опухающие костяшки отлично могут съездить Бэну ещё раза три по роже. Да так, чтоб потому руку только бинтовать пришлось, ибо сука… дыши, Хэнк, дыши. и так уже не скажут спасибо за срывающуюся операцию, ну, да хер с ним.

- Завались, бля! – кваканье за спиной становилось раздражающим, походящим на хлюпанье с хрипами и если у этого кретина по итогу будет кровоизлияние в мозг – дело малое. Андерсон не слишком переживает, что с него? Взятки гладки, что говорится.
И вот де, пацан-то вроде и не щемится. Хэнк опускает руки и внимательно смотрит на мальчишку. Что у того в голове, одному ему и известно.

Позади опять Бэн голос поднял, велел помалкивать и тут же щебетал о том, что он не трогает сына. Андерсон даже обернулся ради любопытства, снова прищурился, внимательно смотря на опухшую рожу старшего Рида. Там уже и не понять, есть ли у того инсульт или ещё что, рожа лиловая, правый глаз заплыл настолько, что превратился в складку, как на брюхе у десяти раз рожавшей.

-  Ну, что, пацан, - Хэнк сделал шаг в сторону, закрывая собой пристёгнутого к трубе папашу мальчишки, и тон его смягчился, значительно тише и даже почти добрее стал, - покажи-ка мне свою руку. Не тушуйся, я все знаю. Район, может, и херовый, но соседи есть нормальные. Не равнодушные. Покажи руку.

+2


Вы здесь » crossreality » Мы творим историю » Nobody's Listening