- Хорошо, - обещает Рик. - Но только сначала я тебе помогу, ладно? Его третий отчим, Джим, был неплохим малым. Алкашом, но даже надравшись вот до такого состояния нестояния, не лез к ним с Коннором, не бил и не домогался, как пара неудачных семей до, так что Рик даже смог найти с ним общий язык, и они мирно сосуществовали вместе, пока тот не попал в больницу и не скончался от алкогольного отравления, а Найнзов отправили в следующую семью. Так вот, по опыту общения с пьяными Рик понимает, что его слова для Рида сейчас значат не больше, чем пустой звук, поэтому он проглатывает первый порыв подхватить намечающийся скандал. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Герои недели # 55 // лучший эпизод

Информация о пользователе

Мы тебя заждались, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.

Ты знаешь, что на небе есть такие звезды, свет от которых идет к нам два с половиной миллиона лет, когда он начал свой путь, тут шастали динозавры. Вселенная настолько велика, что всё, что может произойти, происходит постоянно.

crossreality

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » crossreality » Мы творим историю » врачи как духи мщения


врачи как духи мщения

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://i.imgur.com/NicTIMP.gif


врачи как дух мщения
Леонард МакКой, Джим Кирк
спустя пару дней от происшествия, день, госпиталь при Академии

«И краеугольный камень может стать камнем преткновения.»


◈◈◈ Сюжет: ◈◈◈
не стоит от них сбегать, они все равно найдут вас. И достанут. Особенно если это обиженные врачи.

+1

2

А потом они позвали его в госпиталь со словами "Ваш пациент тут". МакКой за пол года уже успел привыкнуть слышать эту фразу в самые неожиданные моменты, и даже срываться на зов с постели, лекции, из лабораторной, бара. Все это было глупо, будто он пес верный, спешащий на зов хозяина. Сейчас это чувство было приправлено горькой обидой и неприятием. Хотелось совершенно по детски сделать вид, что ничего он не знает и все по старому: Джима нет третьи сутки и все хорошо, тихо и спокойно.
Только вот все не было хорошо, тихо и спокойно. Потому что МакКой прекрасно помнил в каком виде сбежал от него этот несносный мальчишка. И что это вид, а точнее состояние, постепенно ухудшались. При том довольно быстро. И до чего все это могло дойти за прошедшие два-три дня не хотелось и представлять.
Да и чего стоит его врачебная этика, желание помогать и спасать. И чувство ответственности, конечно, тоже не стоит забывать. Все же именно из-за его неуправляемых эмоций такой чувствительный в тот момент Джим сбежал. А стал таким тоже из-за его, МакКоя, жажде к экспериментам. Так что винить можно и себя. Джима тоже не стоит забывать, но пока нет объекта, вся накопившаяся злость и раздражение, беспомощная ярость выливалась МакКоем на самого себя. Но вот стоит ему найти этого идиота!..
Собственно и искать не пришлось. За него это сделали другие, хотя по голосу с той стороны связи можно было предположить, что эти другие были не очень рады этому факту.
Подхватив вещи, МакКой сорвался с лекции по истории Федерации, спеша в госпиталь. Что успел натворить за эти дни Джим не хотелось и думать, как и о том, что могло случиться с его здоровьем. В конце концов, МакКой в некоем роде даже знал. Ведь начатый ими анализ данных все же дал результат позавчера вечером. И получившиеся у умной машины диаграммы, схемы и модели никак не укладывались в один только факт выпитого эксперимента. Зато если прибавить к этому распространяющуюся в Академии неведомую лихорадку, влияющую на сознание только и исключительно чистокровных людей, то многое становится понятно и очевидно. И развитие модели МакКой тоже просмотрел, когда добавил в нее данных. Выходило плохо, очень плохо. Но Джима поймали и это было хорошо. Хотя чувствовал МакКой все равно ужасное недовольство. И злость. На идиота Кирка, который выпил из стакана его курсовую и усложнил тем самым ему, МакКою, жизнь. Ну и всем остальным врачам тоже, ведь те не знали что с ним делать.
Халат он надевал уже влетая в отдельную палату, где держали Джима. Выглядел тот, мягко говоря, не очень. Исхудавший, посеревший, мутировавший и с щупальцами. В изодранной одежде и парализованный, да еще и прикрученный к койке. А датчики над кроватью выдавали просто невероятные для человека показатели. Но это было мелочью. Потому что МакКой знал как это исправить, пусть мелочно и хотел, чтобы Джим еще немного пострадал. Но для этого тот должен был в сознании и разумен. Что было не сложно устроить.
Достав из личной аптечки заряженный желтой жидкостью гиппо, МакКой подошел к койке. Результат его долгих ночных бдений точно должен помочь, иначе в общем то и быть не может. Прижав шприц к шее Джима, он нажал на спуск, вгоняя в чертову химеру лекарство.
Результат был на лицо - Джим очнулся и заорал.
- А что ты думал, просто все будет? - и нет, МакКой не злорадствовал, он лишь иронизировал над все равно ничего не осознающим идиотом, ради которого готов был не смотря на все обиды сорваться, похоже, с другого конца планеты. И даже не получить за это благодарности. Ведь это был Джим.

+1

3

Джим рычал, громко и жутко. А еще стрекотал, и настолько громко, что у стоящих рядом закладывало в ушах. Они не могли усмирить Кирка, ибо его длинные щупальца дотягивались до чего угодно. Особого страха Кирк не испытывал, но эмоций было много они перемешались в его голове, и в основном они были чужие. Ибо Джим не может переживать о том, что "залетел и что ему теперь с этим делать". Но переживания были реальные, чужие, но воспринимались как свои. Кто-то с кем он столкнулся. был полностью погружен в эти мысли почти до истерики, так было и с Джимом. А еще он бесился, вот только не знал что в самом деле бесится. Он злился на всех кто его окружал, они были слишком шумными, слишком разговорчивыми, а еще было слишком ярко. Ему жутко хотелось пить, но шум воды пугал, а еще тошнило, и Джеймс был уверен в том, что этого от того что он забеременнел. В конце концов все вокруг стали расплываться до каких-то мутных фигур, иногда он видел их слишком отчетливо мог даже каждую волосинку на лице перечитать, но чаще все плыло и теряло свои очертания.

А быть парализованным было еще хуже, только щупальца двигались словно в замедленной съемке, но пошевелить руками или ногами он не мог. Но ведь он только-только научился хорошо лягаться! Такими конечностями это делать очень удобно, как и прыгать. Ох как же высоко он прыгал, и быстро бегал, правда на четырех было еще удобнее, лазать по деревьям так вообще пустяк. Особенно понравилось прыгать с крыши на крышу. В полете было какое-то особенно чувство свободы, и Джим даже не задумывался о том, что под ним метры высоты и если шмякнется то все крендец. Высота вообще не была проблемой. Быть может он научился бы летать, если бы его состояние продолжило прогрессировать, ибо на спине появились странные наросты, из-за которых было уже как-то не особо удобно лежать на спине. Но кто его спрашивает? Приковали и все. Сколько бы он не шипел или рычал, даже ткнуть их острым (и явно ядовитым) концом щупальца не удавалось, ибо так медленно они двигались.

Внезапно к нему в палату кто-то вошел, но Джим не мог увидеть кто это, лишь почуял. Запах был довольно знакомый, очень знакомый. От того Кирк забился на койке еще сильнее. Хотелось сбежать, от этого запаха ведь...ведь кто? Как Джим объяснит ему что забеременнел непонятно от кого? Нет, не поэтому, было что-то, но оно спряталось под другими, чужими воспоминаниями. Кирк издал тихий стрекот, одно воспоминание убивало его еще больше чем мнимая беременность, кто-то из медперсонала или безопасников смотрел зоопорно, и прокручивал у себя это в голове когда ловил Джима. И от этого хотелось даже плакать. За что это ему? Это не его воспоминания! Он точно не смотрел! А если смотрел, то персонажи были хотя бы антропоморфными. Но нет, дело было даже и не в порно. Увы, не в нем, пусть от него и хочется рыдать кровавыми слезами, было еще одно воспоминания от которого было не по себе, которое мучило его все последние дни и к сожалению, оно точно принадлежало ему самому. Это случилось до всего этого, когда он изменился и стал таким, от того и было тяжело вспомнить.

Внезапно в шею вонзилось гипо, и было больно (как всегда), что Кирк издал громкий стрекот. Но это было ничто посравнению с тем, что было дальше. Его конечности, словно скручивало, они словно ломались и очень быстро зарастали заново. Джима били судороги и конвульсии, тело трясло так, что биокровать качалась из-за стороны в сторону. Мышцы бугрились под кожей, он выгнулся силясь разорвать ремни, которыми его связали. Из горла рвался крик, переходящий и в рык, и стрекот. Казалось. что каждая клеточка тела отдает большую, даже зубы болели! И ногти! И глаза! Его снова резко дернуло, щупальца изогнувшись в последний раз скукожились и отсохли, тело мелко подрагивало, но конечности все больше и больше походили на человеческие.
- М... - Кирк с трудом разлепил глаза, перед ними плыли разноцветные круги и летали черные мошки, во рту был привкус крови, кажется он прикусил себе щеку, или язык, не поймешь ибо все ныло. А еще хотелось пить, да жрать, ибо он не уверен в том, что ел что-то нормальное. И очень надеялся на то, что ни на кого не охотился. - Бо..унс? - очень хриплым, севшим голосом позвал Джим, хотя все еще было жутко неловко и совестно да.. - Что случилось? Скажи....я же не беременный? - Да это было чужое воспоминания, но надо было убедится.

+1

4

Джим бился в креплениях, выл, стрекотал и извивался. Создавалось впечатление, что он одержим демоном. Был бы МакКой хоть немного религиозен, он бы уже почувствовал себя экзорцистом, а в Джиме заподозрил бы наличие нечистой сущности. Но все было куда проще и прозаичнее, так что он лишь с научным интересом и немного морщась наблюдал практическую реализацию того, что уже моделировал в медицинских программах. Это было не самым приятным зрелищем, но никаких открытых ран, рек крови и не бьющихся в руках сердец, так что вполне приемлемо. Медицина вообще очень сильно расширяет границы приемлемого и относительно себя, и относительно других. Жив и ладно, даже поправится.
Когда отсохли, отвалились и захрустели под ногами сухой пылью щупальца, Леонард оторвался от контроля за состоянием изменяющегося организма и посмотрел на вялого, уже не такого активного Джима. Тот открыл глаза с видимым трудом и нежеланием. МакКой сходил к репликатору за стаканом воды с трубочкой, подтащил за собой табурет к койке Джима и сел. поставил стакан с водой у плеча, направив трубочку к лицу.
- Пей, не спеша, - поставил стакан с водой у плеча, направив трубочку к лицу Джима. - Если бы ты оказался еще и беременным, то я бы тебя, пожалуй, лечить не стал, - МакКой усмехнулся, заглядывая жертве экспериментов и болезней в глаза, силясь понять, на сколько тот адекватен, - оставил бы как единственного в мире землянина, залетевшего без хирургического вмешательства.
Еще раз проверив показатели и убедившись, что с Джимом все на столько хорошо, на сколько возможно, и вытащил второе гиппо, теперь синее.
- Сейчас закружится голова, - с этими словами он разрядил очередное лекарство в шею Кирка, - глаза закрой и дыши глубже.
На случай, если Джим таки не справиться с жестоким приступом качки и не удержит содержимое в желудке, хотя там конечно того содержимого-то, МакКой снял с него ограничения и подставил таз.

+2

5

Как же болело горло, да и не только оно. Все тело ныло как после перенагрузок, хотя скорее всего так и было, он довел свое тело до изнеможения, пока носился по городу в этой странной и бешеной форме. Как же хотелось свернуться в калачик и накрыться одеялком, что бы никто не трогал до утра, вот проспится и на утро наверное ему сразу полегчает. Но, он сейчас даже пошевелится особо не может, учитывая то как приковали его к чертовой койке. А еще мутило, однако чем? Что он за эти дни успел съесть? Очень хотелось надеяться на то, что он не грабил никого. И не охотился. А еще тошнота наводила на все те же мучающие его вопросы о беременности, которые были просто абсурдными, ну не мог он залететь. Точнее мог если бы встретил тот вид инопланетников, которые перекидывают свое ДНК в носителя не зависимо от пола. Но, вряд ли Кирк их встречал. Определенно нет, даже с запутанными воспоминаниями, он это точно знает.

- Пить хочу... - только было подумал он, как Маккой поднес к нему стакан с водой и трубочку, к которой он тут же приложился. Было ощущение что внутри у него как минимум Сахара с Гоби сношались, и пить не спеша не получалось. Чуть поперхнувшись, он закашлялся, а потом снова принялся жадно пить, пока весь стакан не опустел. Походу у него правда было обезвоживание, учитывая, что даже губы потрескались, а пить все еще хотелось. - Фух...значит это...было того...воспоминанием да. - с трудом выговаривая слова, или язык еле ворочался, да и почему то было тяжело их подобрать. А когда ноет все тело, думать вообще не хочется и не можется. Остается надеяться на то, что добрый доктор в колит ему какое-нибудь обезболивающее, и он сможет отправится в долгий исцеляющий сон. И когда он проснется все будет как прежде.

Как прежде? Воспоминания быстро вернулись к тому вечеру, когда Джим трусливо удрал, через окно, как любовник которого застукал ревнивый муж. А почему удрал? Потому что накосячил и не знал как теперь с этим быть, ибо Боунс не давал ему шанса объясниться, не хотел ничего слушать как и принимать извинения. Более того, было ощущение что их установившаяся за эти полгода дружба просто напросто рухнула и разбилось, как упавшее с огромной высоты яйцо. Прямо всмятку, размазалось по асфальту и его больше не соберешь, не сделаешь из него не том что цыпленка, даже яишенки не пожаришь.

- Боунс...наше яйцо дружбы разбилось...просто пуф и разбилось? Из-за меня...его больше не склеишь скорлупа разбилась на маленькие кусочки, а содержимое вылилось наружу, но я не хотел выливать, правда не хотел. - дернувшись от укола гипо-шприца бормотал Джим глядя на доктора замутненным взглядом, голова и правда закружилась, от того и мутить стало сильнее. Попытавшись глубже вдохнуть, Кирк прикрыл глаза. А потом внезапно задергался, к счастью крепления были вовремя убраны, и быстро поднявшись, Джим исторг свою душу в глубины всепонимающего таза.

+2

6

Джим нес полный бред про яйца, дружбу и выливания, все это напоминало пафосные и слезливые речи умирающий героев детских мультиков. Джоанна любила такие если не смотреть, то наблюдать, а МакКой с удовольствием делал это вместе с ней, ведь сидеть перед экраном физически проще, чем скакать по заднему двору. За это МакКой был дочери благодарен, особенно после выматывающих смен.
Впрочем, сейчас форма подачи была не столь важна как смысл - Джиму было жалко их дружбу. Это было, конечно, хорошо, ведь им все равно нужно было бы поговорить. Потому что даже если их дружба умерла бы, то нужно было как-то дожить до конца года в рамках небольшой комнаты общежития и не откусить друг другу головы. А если при этом удастся сохранить отношения - МакКой был бы только рад. Правда, похоже, их дружба претерпит изменения, а это лишь пугало. Мало ли до чего они договорятся? Их прошлый формат отношений прожил больше полу года и вполне оправдывал себя. Менять что-то не хотелось. А обсуждать то, что Джим мог увидеть в его голове - тем более. Так что говорить они будут, но лишь и только о недавнем происшествии и его последствиях. По крайне мере сегодня и сейчас.
Меж тем Джим блевал. Не долго, все же в его организме была лишь недавно выпитая вода, но болезненно и со всеми полагающимися спазмами. Его показатели постепенно приходило в норму, человеческую норму, а мозговые волны успокаивались. Из всех проблем в Джиме теперь были переутомнение, недоедание, обезвоживание да тошнота. Совсем не то, чем можно было напугать опытного врача.
Оставив мальчишку в компании таза приходить в себя, МакКой снова направился к репликатору за новой порцией воды. Поставив целую бутылку воды и упаковку мятной жвачки возле Джима, доктор подошел ко шкафу с лекарствами. Прислушиваясь к звукам за спиной, готовый в любой момент броситься к или от Джима, мало ли как на того все же повлияло лекарство, пусть показатели и нормализуются, он принялся искать витаминизированный физраствор. Напоить мальчику было мало, его обезвоженный организм явно требовал гораздо большего количества влаги.
Найдя все необходимое и скрепив у стола систему, МакКой подтянул ближе к койке стойку с крюками, все же ничего лучше до сих пор не придумали, и подвесил туда пакет с раствором.
- Закончил? - присмотревшись к побитому жизнью, дуростью и лекарствами мальчишке, МакКой ему даже несколько посочувствовал. Совсем чуть-чуть. Если бы не общая глупость Джима, возни с ним было бы заметно меньше. Не обязательно, конечно, но хотелось надеяться. - Тогда будь хорошим мальчиком и дай руку.
Не дав Джиму и шанса дернуться в сторону, МакКой цепко схватил мальчишку пониже локтя и подтянул к себе. Продезинфицировав место дальнейшего укола, он быстрым отточенным движением вогнал в вену иглу и заклеил место прокола пластырем, чтобы не выпадало. Пока тот был вялым и больным, следовало сделать как можно больше. Ведь стоил Джиму оклематься, как он тут же попытается сбежать. Уж не МакКою ли этого не знать, от него же и бегает постоянно. Правда, не далеко и не долго, но в комнате общежития мальчишка был готов терпеть многое из того, что не давал сделать в госпитале. Это всегда неприятно удивляло, но приходилось жить с тем, что есть.
- Не дергайся и я тебя покормлю, - подсластил пилюлю МакКой, зная, на сколько Джим может быть невыносим. Кормить его конечно было нужно аккуратно, потихоньку и по чуть-чуть. Но сначала проверить и удостовериться, что некий мальчишка все услышал правильно и понял что от него хотят. А так же убедиться в его психическом здоровье.
- Никаких больше позывов к агрессии, возможно, телепатия, или желание сбежать, нет?

+1

7

Трясущимися руками, Джим взял бутылку с водой и с трудом раскрутив набрал в рот воды что бы прополоскать и выплюнуть в таз и так еще пару раз, а потом наконец попив еще немного закинул в рот жвачку. Больше рвотных позывов было, но все равно было дурно. Даже просто жевать жвачку трудно. Так что она полетела туда же в тазик. - Боуунс...а это обязательно? - спросил Джим не желая вытягивать руку, никогда вот не любил уколы. Прямо совсем. Потому что всегда больно, да и нет никаких приятных воспоминаний связанных со всем этим. Но сейчас добрый доктор был ловчее, ибо успел схватить его руку и вонзить иглу в вену. Джим даже возмущенно замычать не успел, оставалось лишь недовольно и несчастно сопеть, пиля Маккоя взглядом пытаясь узнать, что он все таки на счет этого всего думает. Может быть правда, он тут только как его лечащий врач и ничего больше? Но тут внезапно Боунс кое-что пообещал, от чего Кирк удивленно захлопал глазами.

- Правда? Покормишь? С ложечки? - сделав самый невинный вид на который только был способен спрашивал Джим, после такого заявления кажется, что их яйцо дружбы еще не разбилось, конечно говорить о том, что вылупится от туда цыпленок или нет, еще рано. Но уже хоть что-то.

Однако не успел Джим понадеяться, как Боунс начать задавать вопросы, от которых хотелось слиться в едино в биокроватью, и лишь обещание Маккоя покормить его за то, что не будет дергаться, удержало его от прятанья под одеялком, пусть и воображаемым. На худой конец можно и под кроватью спрятаться. - А я разве был агрессивен? - Осторожно спросил Кирк, а потом поднапряг память. Кажется, действительно был. Но у него и причина была! Пусть он и одичал, это не повод обращаться с ним как с дичью! Это чертовы безопасники пытались загнать его и вели себя вообще крайне грубо! А кто-то из них вообще зоофил! Что на тот момент наверное должно было испугать, ибо не спроста у него были такие мысли, когда он Джима ловил. Благо кадет вообще не помнит о том, как выглядит или как зовут того безопасника, и не будет так жутко неловко при следующей встречи с ним.

- Я снова я...только чувствую себя ужасно. Но я не думал, что твоя курсовая может меня настолько изменить, в какой-то момент я полностью отдался инстинктам, совсем не контролировал себя, я прыгал с одной крыши на другую и чувствовал себя таким....свободным.. - Вспоминая это Джим невольно закрыл глаза и слегка улыбнулся, пусть вся ситуация была не такой уж и хорошей, но все равно были и славные моменты. Так...невероятно просто было быть таким. Все переживания, заботы, проблемы и тревожны воспоминания отошли куда то в сторону, осталась только чувство свободы. А потом, внезапно, вот в последний день, наверное, перед поимкой нахлынула тревога и агрессия, все вокруг раздражало, везде мерещилась опасность. Свет стал ужасно бить в глаза, а шум воды когда он пытался подобраться к реке вызывал странное отторжение, да и сама вода тоже. Что они там говорили? Он заразился каким-то особым вирусом бешенства? Медленно приподнявшись на локтях, Джим пытался посмотреть (ибо все равно стены прозрачные) на других лежащих в госпитале. Быть может кто-то из них и заразил его бешенством, во время веселого времяпровождения. А орионок было три...кто-то из них? Да уж, наверное, этот опыт должен его чему-то научить, например не спать с каждой привлекательной расой, но увы, Джим не понял морали этой басни. А инопланетники слишком уж привлекательны, что бы удержаться.

+2

8

На все выкрутасы Джима МакКой лишь закатывал глаза да привычно нахмурился. Так, как умел только он, выражая все свои мысли о несчастном попавшем в медотсек идиоте. Впрочем, это было бесполезно с Джимом, привыкшим к нему, да и раньше словно не замечающим вообще ничего. Как с гуся вода, иными словами. Но для МакКоя это все было привычным способом сбросить собственное напряжение. Да и марку терять не хотелось. Если он вдруг станет милым и добрым, то либо Джим сдаст его на опыты, либо совсем сядет на шею.
- Обязательно, посажу в креслице и слюнявчик повяжу- вот еще, с ложечки, - не маленький, сам справишься. Я доктор, а не нянька.
Когда Джим заговорил о приключениях последних дней, он выглядел удивительно задумчивым и счастливым. Будто никогда раньше не расслаблялся полностью и не давал волю своим истинным желаниям. МакКой почувствовал себя в некоторой мере даже неуютно, ведь ему всегда казалось, что вот кто-кто, а Джим Кирк следует за любым веянием своей хотелки и не упускает возможность расслабиться и удовлетворить свои желания. Но, видимо, все это было так же далеко от истины, как и желание самого МакКоя оказаться в космосе. То есть почти иные концы галактики.
Не делая смущать и себя, и Джима, давая им обоим пару мгновений на осознание сказанного и вспомненного, МакКой отвернулся обратно к репликатору, выбивая из него легкий бульон. Вручив теплую чашу с ложкой и обещанный слюнявчик-полотенце Джиму, МакКой подтянул стул поближе к койке и устроился на нем с максимально допустимым комфортом. Вот что-что, а стулья в палатах точно не делались для долгого сидения. Устраивать своей спине и заднице дополнительные мучения не хотелось, потому следовало разобраться со всем вопросами как можно быстрее. И начать стоило далеко не с дружбы, как бы не хотелось сразу прояснить самый больной вопрос. Нет, сорвать этот нарыв они успеют еще, а вот тема упомянутой курсовой должна быть поднята до того, как в палату придут другие врачи и начнут выяснять подробности.
- Кстати о курсовой, - МакКой внимательно, строго и даже пристально посмотрел на Джима. И произнес, печатая слова отдельно, веско, бросая их в пространство так, будто они пузыри с густым темным газом, повисающие над головами и готовые от любой искры взорваться. - Не. Было. Курсовой. Вообще. Совсем. Все твои физиологические изменения - твоя личная реакция на ходивший по Академии вирус, низводящий разумных до состояния животных инстинктов. Так что ты просто болел, где-то заразился, а почему так произошло - кто знает на что еще у тебя аллергия и как она взаимодействует с миром. Улавливаешь?
МакКой смотрел внимательно и тяжело, убеждаясь в том, что смысл дошел. Он верил в способность Джима соображать быстро и понимать подтекст так же легко, как и флиртовать. У этого мальчишки была светлая голова, работала бы она всегда в позитивном направлении, цены бы ему не было. Но как есть. В принципе МакКой и так не против него.
- Про суп не забывай. - уже обычным своим ворчливым, недовольным, но заботливым голосом доктора МакКоя напомнил он о еде.

+2

9

Джим печально шмыгнул носом в ответ на комментарий Боунса, который не собирался кормить его с ложечки, а ведь он так надеялся! Такой жестокий облом, кошмарно быть взрослым, хотя ребенком ему тоже было хреново, но да ладно. Руки же у Джима действительно тряслись и ему было трудно поднести ложку ко рту, при в этом еще пришлось вытянуть губы такой уточкой что просто невозможно. И вот, когда Маккой снова начал говорить, Джим для приличия перестал пытаться есть суп и молча (!!!) слушал друга. Теперь ведь точно друга? Сделав губы писей, Кирк важно покивал в ответ. - Да ладно, я и не собирался никому ничего говорить. Думаю местный персонал уже знает о том какой я аллергик. - Мед. карта ведь тут его имеется, где это указано. Однако, вот многое там опущено, но Джим быстро откинул эти мысли, не собираясь забивать голову, когда у него почти прекрасное настроение.

Снова став подобием жуткой утки, Джим с невыносимым "сююююрп", наконец-то отпил супчика, который ему так учтиво сделал Маккой, если бы еще покормил было бы совсем хорошо, но он не был бы собой, если бы не попытался добиться желаемого. Сюююрп. - А...сюююрп...выяснили откуда взялся этот вирус? Смотрю он многих покосил, и как передался? Вроде бы никто на меня не нападал. - Помнится, что врачи говорили о бешенстве, когда он новыми конечностями пытался кого-нибудь поймать да шею свернуть. Но Кирку кажется, что злился он не только от того что на это его подталкивал вирус, а от того что его лишили свободы. Джим был действительно свободен, это чувство он не забыл и не забудет, ведь ему было так хорошо, но была и некая горечь, от того что этого больше не повторить. Но быть может, оказавшись в космосе это чувство к нему вернется? Было бы прекрасно, конечно же. Но вот до капитана ему еще служить и служить. Главное, до того момента не выйти в космос, когда достигнет своего предела. Тогда бы Джим точно был бы свободен во всех смыслах этого слова. Но нет, он не самоубийца, совсем нет. Иначе бы давно свел счеты с жизнью, но если он это сделает то предаст всех тех, кто умер из-за него, ради него.

Сюююрп. Такое громкое, действующее на нервы "сюрп". - А между нами....сюююрп...все хорошо Боунс? Возможно в тот момент, у меня было слишком много...сююююрп...эмоций. Но у меня было острое, безысходное ощущение, что нашей дружбе конец. Сюююрп... - Этого мучило его до тех самых пор, когда его совсем не накрыло. Возможно, именно из-за этого ему так нравилось жить дикой жизнью, потому что больше ничего не мучило. А сейчас, мысли тяжелым грузом забивали его голову, а суп все не заканчивался и более того, он вообще не наедался. Какая-то водичка с легким привкусом курицы лишь сильнее раздразнивала аппетит. Так что к противному сюрпанью добавилось еще и громко бурчание живота. Очень громкое. - Боунс, а мне льзя еще чего-нибудь? Капкейков? Регилианских яблочек? Позязя. Сюрп.

+2

10

Хорошо, Джим осознавал всю степень важности молчания, он действительно был идиотом, но не дураком. Но он был невоспитанным мальчишкой! При первом же хлюпанье МакКой нервно дернул бровью и захотел надеть эту чертову чашку ему на голову. Или отобрать и накормить криворучку самому - но нет, он держал себя в руках и волю в кулаке, ведь уже отказался кормить его! И никакие манипуляции Джима не заставят его передумать. Он скала, он кремень. Почаще себе надо об этом напоминать, конечно.
Дернув еще раз бровью, глазом и чуть ли не всей правой частью тела на очередном хлюпанье, МакКой от греха подальше отвел взгляд от кривляющегося Джима и посмотрел на показания приборов. Те были нормальные, удивительно нормальные для недавних скачков. Вот она, почти магическая сила медицины. Появись они с такими технологиями в прошлом, даже пару сотен лет назад, их бы приняли за волшебников и богов. Да и они, прямо сейчас, многое из привнесенного иными расами воспринимают как магию. Хорошо что мир меняется.
Закончив краткую медитацию и приведя нервы в более живое состояние, закалив и умаслив видениями будущего/прошлого, МакКой снова сконцентрировался ни Джиме и его проблеме. Точнее в общем то на своей одной, большой, подвижной проблеме - Джиме.
- О, да, конечно. С намерением убить на тебя переносчики не нападали. А вот в рамках секс-игр - вполне. Смотреть надо с кем трахаешься, Джим. И прошли ли твои партнерши медобследование после посещения дома, - МакКой хлопнул по постели, выражая негодование, - А они не прошли, притащив с Ориона, - или где они еще там были, -  это бешенство, а именно им ты заразился. Сами не болели, зато отлично передавали всем, кого покусали. И тебе в том числе.
МакКой выразительно приподнял брови, готовясь прочитать очередную лекцию на тему беспечности и неразборчивости в половой жизни Джима, но весь настрой сбило очередное хлюпанье. Чертов суп! Его взгляд мгновенно из поучающего стал убийственным, направленным на этого кривляющегося идиота, может и не способного есть самостоятельно аккуратно, пятная бы МакКой пережил, но явно намеренно действующего на нервы. Нахмурившись еще больше, МакКой напомнил себе, что он камень, кремень и на него это не действует, как бы ни хотелось отобрать эту треклятую чашку ии... нет, не покормить с ложечки, как бы Джиму этого ни хотелось, а вывернуть содержимое ему на голову. С редким садистским удовольствием, обжигая кончики пальцев о горячую искусственную керамику, слушая очередные вопли Джима, вылить этот суп ему на голову. Смотреть как краснеет нежная кожа лица, закрываются глаза и собираются морщинки между бровей. Как инстинктивно поднимаются к голове руки, вырывается вопль и ругательства. Сокращаются мышцы, сердце, начинают пищать диагностические приборы над койкой. И как у него отлегает от сердца. Ибо не надо бесить. Он же конечно и извинится, и залатает тут же, и заметно не будет. И сам себя отстранит от работы с Джимом, пройдет психологическую консультацию по управлению гневом...
Но всего этого не будет, ведь МакКой только свел брови к переносице еще ближе, сделал еще более убийственный взгляд, в котором легко можно было прочитать намерения, и ничего не сделал. Лишь поглубже вздохнул, сцепил руки перед грудью в замок, и выдохнул.
- Нет, пока что тебе ничего больше не-льзя, доешь сначала суп и я дам тебе пару тостов с чаем. Ты же знаешь, после голодовки сразу много нельзя - Он качнул головой, возвращая взгляд к лицу Джима, - И повтори что ты сказал, за твоим бескультурием не слышно. Хотя в действительности МакКой и не слушал, полностью отключившись на свои фантазии еще с первого нервирующего хлюпанья.

+1

11

А вот и нет, Джим не специально сюрпал супом. Вообще не специально. Чего вы вообще хотите то? Еще пол часа назад он становился неведомой формой жизни с бешенством, ему плохо, у него все болит (если призадуматься какие физические нагрузки то были), руки трясутся будто бы он ловит отходяк после трехнедельного запоя. А тут видите ли приличия нужны. Да как так то? Но сестра милосердия, тем временем не собиралась проявить милость и покормить его, так что плюс ко всему добавилось редкое шмыгание носом. Обидненько, немного. Кирк же не специально, и не издевается, а Боунс вредничает. Лишь начал лекцию о сексе. Интересно какая она по счету? Иногда Джиму всерьез кажется, что Маккой его половой жизни волнуется больше чем о своей. А она у него вообще есть? Может быть поэтому, он всегда такой нервный, от того что давно стресс не снимал. Они как бы люди взрослые, и не обсуждают подобное, словно подростки-школьники, ну если только не считать нотаций доктора о беспорядочных половых связях, и болезнях, последнее порой может в самых ярких красках рассказать. Что у любого бы желание на какое-то время отпало. У Джима нет.

- Не, я как то уже перехотел.. - кое как удерживая тарелку, Кирк поставил ее на прикроватную тумбу и с облегчением лег обратно. Совсем недавно казалось что его уже отпустило, но тело решило напомнить о себе, что еще недавно выполняло невероятные трюки, на которые вряд ли способен человек. О чудеса акробатики, о альтернативная анатомия. О как плохо же ему теперь. Может и правда теперь стоит быть более аккуратным? Но это не то, что может контролироваться, происходит само. Слово за слово, алкоголь, и вот он уже в чужой постели с кем-то. Провели хорошо время и разбежались. Никто не обещает друг другу звонить это просто снятие стресса. А иногда это порождает общение да, с привилегиями. Девушки не против, и он сам только за. Хех, так и рождается дурная (или нет?) репутация, о том что Джим флиртует со всем чем движется, и что если просто стоять рядом с ним, то уже можно залететь. Что наглая ложь! Боунс уже несколько месяцев с ним живет, а намека на растущий живот еще нет.

- Я спрашивал, что между нами? Ты все еще хочешь....дружить со мной? - как то по-детски прозвучало, что Кирк даже смутился (событие которое нужно вписать в календарь). М-да когда ел суп было не так смущабельно. А теперь защиты в виде тарелочки с куриной водички нет. Он действительно почувствовал себя так, будто бы его застали врасплох, и он теперь беззащитен. Если же серьезно, то у него не было друзей, с которыми мог бы быть открыт настолько насколько это возможно. Но Маккой был тем, кого он мог бы и хотел называть своим другом. Но что если доктор просто терпит его присутствие и общение? Может на самом деле это все ему не нужно. Что будет лучше, если они разойдутся по разным комнатам и Джим больше не будет искать встречи с ним. Появилось такое чувство, что стоило немного себя отпустить, попытаться доверится человеку (подчеркнуто несколько раз), как все оказывается не так. Джим сам это все надумал. А Макко может быть это на самом деле просто нафиг не надо. От этого становилось, наверное, страшно, не по себе. От этого он чувствовал себя таким уязвимым, что пора было психнуть на самого себя и дать себе подзатыльник.

- Если я это все просто придумал сам себе то.. - что? Трудно ответить на такой вопрос. Возвращаться к прежнему одичалому себе не хотелось. Та версия него, должна была давным давно исчезнуть, но нет, она скорее всего сидит где-то там в далеком углу его подсознания. И в любой момент может решить о себе напомнить, хах, а ведь утверждали что ПТСР лечится. Шутка. Джим искренне убежден в том, что у него его нет.

+1


Вы здесь » crossreality » Мы творим историю » врачи как духи мщения